Шульц произнёс последнее слово с явным отвращением.
— Существами? — уточнил Ваня.
— Теми самыми: поднятыми мертвецами, некросами, умрунами, зомби. Кто как только их не называет. Они не спят, не едят, не устают. Они просто… несут службу. Их невозможно подкупить, обмануть или отвлечь. Пройти через такой пост — чистое самоубийство. Это идеальная охрана, лишённая человеческих слабостей.
— И ума тоже, — усмехнулся Ваня. — Ведь эти твари — тупые, как пробки!
В кабинете снова воцарилась тишина, на этот раз более гнетущая. Потрескивание огня в камине теперь казалось зловещим. Шульц смотрел на нас, ожидая реакции. Я перелистнул несколько страниц в папке, делая вид, что изучаю расписание Вилигута, хотя мысли были заняты куда более мрачной проблемой — как выманить из норы профессора Левина.
— Я предоставлю вам всё, что смогу, — наконец произнёс резидент. — Квартиру, документы, сведу с нужными людьми…
— Остальное — наша задача, — убедительно произнес я, глядя в глаза разведчику.
И, судя по его реакции, он нам поверил.
Глава 2
Мы обговорили еще несколько не столь важных, но необходимых моментов, и перед нами уже потихоньку стало вырисовываться некое подобие дальнейшего плана действий.
— Тогда начнем с первого контакта, — произнёс Шульц. — Если получится, после полудня я сведу вас с одним человеком… который, быть может, станет вашим проводником в лагере наших… условных союзников.
Так и вышло: ближе к вечеру, в сопровождении резидента, мы оказались в уютной, но ничем не примечательной кофейне в тихом районе Берлина. За столиком в углу, за чашкой черного кофе, нас уже ждал пожилой господин с орлиным профилем и пронзительным, умным взглядом. Он был одет с безупречной, хоть и несколько старомодной прусской строгостью, и не в военный мундир, а в цивильное.
— Разрешите представить, господа, — без лишних церемоний произнес Шульц, когда мы расселись за столиком. — Генерал-полковник Людвиг Август Теодор Бек.
Когда я услышал его имя, то мысленно ахнул. Из глубин моего послезнания, из будущего, которое для меня уже стало прошлым, всплыла трагическая история этого человека. Это был не просто отставной генерал-полковник. Это был сам Людвиг Бек — одна из ключевых и самых противоречивых фигур в германском генералитете этих лет. Человек, чье имя навсегда будет связано с самым громким заговором против Гитлера.
Пока мы обменивались формальными рукопожатиями и заказывали кофе, я в уме лихорадочно перебирал всё, что знал о Беке. Начальник Генерального штаба, один из первых, кто разглядел губительность курса, взятого фюрером. Интеллектуал, «философ с палашом» (его отец, Людвиг Бек, крупный промышленник, основатель и руководитель литейного металлургического завода «Людвиг Бек АГ», являлся доктором философии и доктором инженерных наук, профессором), пытавшийся в одиночку противостоять сползанию мира в катастрофу.