Питомник! Не Яма с её гнилыми клетками, вонючими коридорами и Гордеем. Место, где зверь останется зверем.

Я взял хитиновый обломок из кучки крафтовых пластин, которые оставил от последней партии. Сгладил скол ножом — кусок стал ровным, размером с ладонь. Достал огарок угля и нацарапал:

«Соляной»

Положил обломок поверх золотых монет.

Мать твою… Надо дать ответ. Конечно, эта свобода шла с условиями, но оставалась свободой. Или отказаться и копить два года самому? Или пять лет? Медленнее, но без долгов и без обязательств перед бароном. Зато с огромными рисками. Пока что всё работало, но стоит оступиться — и Гордей нас вздёрнет. Того Кара и боялась.

Мысли ходили кругами, и ни одна не выстраивалась в прямую линию, когда в дверь постучали.

Стучали настойчиво.

Серый поднял голову и навострил уши. Сирка моментально проснулась и перебудила всех своим рычанием.

Я убрал монеты в мешочек, спрятал тайник и открыл дверь.

В коридоре стоял молодой стражник в броне Клана Жала. Лицо незнакомое — не тот, что стоял у ворот крепости.

— От Аэрина, — сказал незнакомец и протянул свиток. — Барон не присылал, это от сына. Он просил передать лично.

Я взял свиток.

— Спасибо.

Стражник кивнул, развернулся и ушёл по коридору. Шаги стихли за поворотом.

— Чего там? — прошептала Кара.

— Всё нормально, спите.

Я закрыл дверь, сел на тюфяк и развернул свиток.

«Зверолов Рик.

Отец видит в вас то, что вы пока не видите в себе. Он рискует вами больше, чем вы знаете, и никогда вам не скажет.

Бумага Гордея не единственная проблема. Она вообще ничего не значит, отец говорил правду. Но у смотрителя Ямы есть друзья в Совете. Эти люди стали его должниками за старые услуги. Если вы согласитесь и начнёте строить питомник, эти люди попытаются вам помешать. Действовать будут через бумаги, проверки и людей, которых вы ещё не знаете. Действовать по-разному.

Отец вам этого не сказал. Он не хочет, чтобы вы отказались. Я пишу, потому что вы должны знать, на что соглашаетесь.

У меня нет цели запугать вас. Это предупреждение от человека, которому не нравится, как клановые ведут дела. Решение за вами. В остальном отец не врал.

Аэрин из Жала.»

Я долго смотрел на свиток.

Мать твою… Неужели у смотрителя имелись в Совете такие связи? Тогда такая сеть могла перекрыть любой питомник раньше, чем он начнёт приносить доход. Корф знал об этом и промолчал, потому что боялся потерять единственного человека, который согласится.

Гордей не потерпит серьёзной конкуренции.

Если я выбирал третий вариант — то начинал войну. Война обещала стать тихой, бумажной и растянуться на годы. Но Аэрин чётко написал: «действовать по-разному». Значит Корф платит пятьсот золотых, а я плачу тем, что становлюсь мишенью для людей, которых пока даже в лицо не знаю.