Буря шагала мерно и неторопливо, цокая подковами по брусчатке, а я думал о том, что сегодняшний день был действительно особенным. Встреча с Василием, библиотека, серебряная карта в моём кармане… Всё это было шагами к чему-то большему, к новым знаниям и возможностям. Где-то впереди уже маячила кузница, мой дом и мастерская, где меня ждали незаконченные дела и новые проекты. Но сейчас, в этот момент, я просто наслаждался вечерней прохладой и чувством очередного не зря прожитого дня.
Глава 2 Рабочие деньки
Сегодняшний день, как и многие предыдущие, начался задолго до того, как желтый кристалл на вершине королевской пирамиды разгорелся в полную силу. Я поднялся еще в серых предрассветных сумерках, когда небо над Аргонисом только начинало наливаться бледной голубизной, а редкие звезды еще мерцали, словно нехотя уступая место новому дню. Умывание, завтрак. Затем потопал до мастерской.
В кузне уже было тепло: людоящер Гракх раздувал меха, и горн дышал ровным, глубоким жаром. Полуорк Ург Варг, огромный, с бугристыми мышцами и сероватой кожей, проверял инструменты, раскладывая молоты и клещи на дубовой лавке с той методичностью, которую я успел ему привить за последние недели. Хобгоблинша Скарлетт с рубиновыми глазами, которые всегда горели любопытством, подготавливала заготовки: сортировала железные прутья и полосы меди под руководство старших, которые мы закупили на внешнем рынке еще в прошлый рыночный день.
Заказов было много. Рутинных, но оттого не менее важных. Мы работали вчетвером, как слаженный механизм, и я чувствовал, что мои помощники медленно, но верно действительно становятся командой. Гракх, с его чешуйчатой шкурой, которая отливала болотной зеленью в свете горна, уже неплохо освоил ковку простых изделий: гвоздей, скоб, подков. Его длинные когтистые пальцы, казалось бы, не приспособленные для тонкой работы, на удивление ловко управлялись с молотом, а его хладнокровная натура позволяла ему сохранять спокойствие даже в самые жаркие моменты. Ург Варг, напротив, был воплощением грубой силы, но и он учился контролировать свои удары, чтобы не расплющивать заготовки в лепешку. Его глубоко посаженные глаза под тяжелыми надбровными дугами внимательно следили за каждым моим движением, а когда я поправлял его хватку, он кивал и повторял снова, пока не получалось правильно. Скарлетт же оказалась прирожденным помощником: она быстро схватывала суть задач, будь то заточка лезвий, полировка или сборка мелких деталей. Ее острые уши чуть подрагивали, когда она сосредотачивалась, а ее маленькие, но сильные руки работали с точностью, которой я не ожидал от хобгоблина.