Я начал с ворота и плеч, постепенно спускаясь вниз. Кольчуга росла на моём манекене, словно живое существо. Я работал по десять часов в сутки, и мои пальцы вскоре покрылись мозолями, несмотря на все предосторожности. Бронзовая пыль оседала на коже, делая её похожей на старую монету. В кузне стоял непрерывный звон: это колечки тёрлись друг о друга, когда я встряхивал готовую часть, чтобы проверить её гибкость.

Через неделю кольчуга была готова. Если бы не мой «Молот Ваятеля Мк. I» и помощь моих товарищей, я бы наверное провозился ещё дольше. Она висела на манекене, тускло поблёскивая в свете горна, и выглядела как дорогой, искусно сделанный доспех. Бронза придавала ей тёплый, почти золотистый оттенок, который при движении переливался сотнями искр. Каждое колечко сидело идеально ровно, и вся конструкция была удивительно лёгкой для такого количества металла: сказывалась тонкая работа. Я провёл рукой по полотну, и оно отозвалось тихим шелестом, словно змеиная чешуя. Это был момент гордости.

Стоит отметить, что пока моя кольчуга росла, я делал измерения своим «Аметистовым Оком», чтобы подтвердить и увидеть тенденцию, о которой давно подозревал. К примеру, когда десятая часть кольчуги была готова, я положил её на верстак и поднёс лупу. Если бы теория работала идеально, я должен был увидеть число «1000». Но вместо этого сквозь мутноватое стекло проступила совсем другая цифра: «627».

Я уставился на неё, не веря своим глазам. Потеря была более чем на треть! Я перепроверил несколько раз, водил лупой по разным участкам, но число не менялось. Это был жестокий удар. Я просидел над этим фрагментом полночи, пытаясь понять, в чём дело. Кольца были сделаны почти идеально: мой магический контроль гарантировал, что все они имеют одинаковую форму, толщину и состав металла на сколько это было вообще возможно. Чары на всех были идентичны: я использовал один и тот же шаблон, одну и ту же силу тока маны, одну и ту же последовательность действий. Не без погрешностей, конечно, все же я не робот. И тем не менее, когда они соединялись вместе, их общая ёмкость сильно падала. Это было похоже на то, как если бы, складывая вместе десяток факелов, вы получали не в десять раз больше света, а лишь в шесть, хотя в реальности так и обстояли дела, как и со звуком…

Позже, когда я обсуждал это с Элиасом, он предположил, что дело в интерференции (если выражаться языком моего старого мира) магических полей. Каждое зачарованное кольцо создаёт вокруг себя микроскопическое поле, и когда они расположены вплотную, эти поля (или как он выразился, ауры) начинают накладываться друг на друга, гася часть энергии. Это, как если бы вы пытались петь хором в маленькой комнате: звук получается громче, но далеко не во столько раз, сколько певцов, потому что звуковые волны сталкиваются и частично гасят друг друга. Кроме того, материал (бронза) тоже вносил свой вклад: будучи не самым лучшим проводником маны (да и примеси и неточности сплавов и структуры полюбому имели место быть), он создавал дополнительное сопротивление, которое росло с каждым новым кольцом в сети. Если бы у меня было достаточно чистого серебра, потери, быть может, были бы меньше, но где ж его взять столько?