Наконец, глина. Это была самая «тяжёлая» для моей магии фракция. Её частицы были плоскими, чешуйчатыми, похожими на микроскопические пластинки слюды, и они обладали сильным электрическим зарядом, из-за которого цеплялись друг за друга с невероятной цепкостью. Чтобы отделить глину от остальных компонентов, мне пришлось бы приложить дополнительное усилие, словно я разрывал невидимые цепи, связывающие её с песком и илом. Но так как я взялся за неё в последнюю очередь, этого не понадобилось: осталось лишь собрать всё в отдельную, пластичную, влажную массу приятного терракотового цвета, которая пахла сыростью и древностью.
Это разделение было гораздо сложнее, простого рытья окопов. Я пл одно зелье за другим и периодически вынужден был наведываться в кузню, опустошая очередную партию селенитовых батарей. Когда работа была закончена, передо мной вместо одной огромной кучи земли высились четыре отдельных, аккуратных холмика. Я почувствовал, как по виску скатилась капля пота, и снова потянулся к флакону с зельем, оно было последним, эликсиры закончились, как и заряженные аккумуляторы в кузне. Хорошо, что я как раз успел всё закончить. Удивительно, но я вновь подступил к тому моменту, когда нынешний энергетический уровень вновь перестаёт удовлетворять моим запросам.
«В следующий раз надо сходить вместе с Аней и Сергеем по грибы, чтобы больше собрать за раз.»
Немного отдохнув, но не теряя времени, я приступил к следующему этапу. Песок, крупный и чистый, я перенёс к котловану и равномерно рассыпал по дну траншей, образующих периметр будущего фундамента. Это была так называемая «подушка» — слой, который должен был амортизировать давление, отводить лишнюю влагу и предотвращать проседание стен. Я тщательно разровнял его, а затем, используя магию земли, слегка спрессовал, превратив в плотное, почти монолитное основание. Под моим давлением песок хрустел и скрипел, утрамбовываясь до состояния, близкого к песчанику.
Затем настал черёд глины. Я разделил её на множество примерно равных порций, каждую размером с крупную буханку хлеба, и начал формовать кирпичи. Это была приятная работа, возвращавшая меня в детство, когда я, ещё совсем маленьким, лепил куличики в песочнице. Только теперь ставки были выше. Глина была холодной, влажной и удивительно послушной. Я сжимал её магией, придавая форму параллелепипеда, уплотнял, срезал излишки, стараясь сделать каждый кирпич идеально ровным. Вскоре передо мной выстроилась целая армия глиняных блоков — ровных, аккуратных, готовых к обжигу.
Я кликнул Гракха и Ург Варга, которые, крутились неподалеку, с любопытсвом наблюдая за моей работой. Гракх точил какой-то инструмент, сидя на пеньке, а Ург Варг, кажется, медитировал, глядя на течение реки. Они подошли, с интересом разглядывая мою работу. Я объяснил им задачу: нужно обжечь эти кирпичи до состояния терракоты, а затем, возможно, и до клинкера, если удастся достичь нужной температуры. Гракх, как более опытный, кивнул. Ург Варг, услышав про обжиг, радостно зарычал и тут же принялся таскать дрова в мастерскую. Большой печи у нас не было, так что, на все это понадобится много времени…