Разве не так⁈ Никто из контрабандистов не ответил — но примерно треть нахмурились и опустили головы. Почти все они были облачены в кольчуги и кожу и вооружены куда лучше других — Рудра явно готовил их к резне. — Но боги хранили меня! — рявкнул Рагнар. — Среди жителей Ллохес Ар-и-мор остались те, кто еще не забыл, что такое честь! Те, кто не посмел прогневить богов и поднять меч на гостя! Виллем, чье настоящее имя — Халвард Левша, и отважные сыны севера спасли меня и моих людей от предателей и встали на защиту законов Ллохес Ар-и-мор… Которые Рудра посмел нарушить! — У врагов конунга длинные руки. — Я шагнул вперед. — Те, кто испугался сойтись с сыном Серого Медведя в честном бою, обещали заплатить за предательство золотом — и жадность ослепила вольный народ. Но те, кто нарушил обычаи, поплатились жизнью! — И так будет с каждым, кто забудет о законах, что едины и для северян, и для тех, кто родился вдали от моря, — снова заговорил Рагнар. — Тот, кто не чтит гостя в своем доме — проклят богами. Но я не держу зла на вольный народ Ллохес Ар-и-мор. Мой меч сразил лишь моих врагов — вам же я, Рагнар, сын Бьерна Серого Медведя и конунг Эллиге, предлагаю свою дружбу! Кажется, сработало — одобрительных возгласов я не слышал, но хмурые лица контрабандистов понемногу разглаживались, а клинки опускались. Едва ли среди вольного народа было так уж много тех, кто собирался умереть за золото, обещанное непонятно кем… да еще и покойнику. Пример Рудры оказался достаточно наглядным, чтобы объяснить даже дураку очевидное: с сыном Серого Медведя лучше не ссориться. — На Эллиге пришли дурные времена. — Рагнар вздохнул и продолжил чуть тише: — мой отец, конунг Бьерн Серый Медведь, пал от руки предателей. Его корабли сожжены, отважный хирд пирует в Небесных Чертогах, дом моих предков стал пристанищем коварных изменников, а мне, его сыну, пришлось бежать через Большое море. Бормотание вокруг стихло. Теперь на Рагнара смотрели все. Даже окружавшие нас северяне изо всех сил выворачивали головы и таращили глаза — то, о чем мы с Рагнаром благоразумно умолчали, стало сюрпризом и для них. Причем сюрпризом не самым приятным. Но Рагнар еще не закончил речь. — Завтра мой корабль продолжит свой путь на восток. Мы отправляемся к склафам, в родные земли ярла Антора, — снова заговорил он. — Но прежде, чем на Эллиге растает снег, я вернусь домой с сотней кораблей и верну то, что мое по праву! — Ульвар Черное Копье, назвавший себя конунгом — предатель! — подхватил я. — Его люди трусливы и жестоки.