напоминал… плавучий танк. Чуть короче, такой же узкий — но чуть ли не вдвое массивнее за счет металла. Борта «Жемчужины» были обиты листами меди и наверняка выдержали бы самый страшный удар — но куда эффектнее смотрелся нос. Прямо под оскаленной драконьей мордой, вырезанной из дерева, местные мастера навесили самый настоящий таран. От долгого пребывания в воде металлический клин пошел зеленью, но остроты не утратил. При хорошем разгоне «Жемчужина» наверняка запросто могла разрезать надвое любой корабль. И — судя по глубоким царапинам на таране — разрезала. — Сколько же гребцов нужно, чтобы сдвинуть ее с места? — пробормотал я. — Три десятка. Только не говори, что тебе придется долго искать. — Халвард кивнул в сторону столпившихся на причале островитян. — Половина Ллохес Ар-и-мор готова пойти с тобой хоть в пасть к змее Йормунганд. — Верно. — Я сложил руки на груди. — Но я возьму немногих. От желающих действительно не было отбоя. С самого утра нас с Рагнаром буквально осаждали местные. Главным образом из числа северян — но немало пришло и тех, кто после вчерашней резни остался без вожака. И все до единого хотели отправиться с нами на земли склафов искать славы и золота. Не то чтобы я сильно опасался мести — но все же выбирать приходилось осторожно. На «Лебеде» уже нашлось место для двух десятков островитян… и, похоже, еще столько же мне придется взять, чтобы хоть как-то управиться с «Жемчужиной». — Тебе нечего бояться, Антор. — Халвард словно прочитал мои мысли. — Без конунга мне никогда не увидеть фьорды Карболе. И я не меньше тебя желаю, чтобы весной вы вернулись сюда с войском и кораблями. Я соберу всех, кто пожелает сражаться за Рагнара Бьернсона… Ты возьмешь с собой моего брата? Даже так? Для северян узы крови значат многое… но чего хочет Халвард? Сам предлагает ценного заложника в доказательство верности? Или задумал недоброе? — Пусть поразит меня Тор-защитник, если я или мой брат пожелаем зла тебе и конунгу. — Халвард тряхнул головой. — Вермунд еще молод, но он славный воин и лучший кормщик из всех, кого мне приходилось видеть. Он понадобится тебе на «Жемчужине» — и клянусь Всеотцом — будет стоять за Рагнара Бьернсона, пока валькирии не заберут его в Небесные Чертоги. — Мне приходилось слышать немало клятв, Халвард Левша, — вздохнул я. — Но едва ли те, кто называл себя славными мужами и верными людьми конунга Серого Медведя, исполнили хоть половину… Но пусть будет так, как ты сказал. Твой брат пойдет кормщиком на «Жемчужине» и всегда будет подле меня.