пережившего разве что удаление криво выросшего зуба мудрости. При почти одинаковом росте я весил, наверное, раза в полтора больше… И даже с моим образом жизни уж точно был втрое сильнее — во всяком случае, если дело касалось поднятия сумок или престарелых демиургов. — Чего смотришь? — поинтересовался Олег. — На мне рисунков нету. — Извини, — пробормотал я, опуская глаза. — Ты… ты ложись. — А ты? — Не знаю. — Мне вдруг немыслимо, можно сказать, смертельно захотелось курить. Или хотя бы просто выбраться на улицу. — Пойду воздухом подышу… Родителям бы позвонить надо, что ли. — Звони с моего. На всякий случай, — Олег вынул из кармана брюк и протянул мне телефон. — Если что — покажет геолокацию в Смоленске. А ваши с Катей по-хорошему вообще лучше бы выключить. — Ага. — Я взял увесистый кусок черного пластика — Олег явно пользовался нестандартной моделью. — Я быстро. — И это… — Олег замялся, словно сомневаясь, стоит ли говорить дальше, но потом все-таки продолжил. — Когда вернешься и будешь укладываться — свет не гаси… Пожалуйста. Я хотел было поинтересоваться — почему? — но осекся. В глазах упырины на мгновение мелькнула такая боль, что любые вопросы задавать расхотелось. Я молча кивнул и вышел за дверь. Но стоило мне сделать пару шагов, как телефон в моих руках завибрировал, а на вспыхнувшем экране появилась надпись. Сивак П. В. Твою ж… Наверное, мне следовало тут же нажать отбой или бегом вернуться к Олегу — но вместо этого я ткнул пальцем в зеленую кнопочку на экране и поднес телефон к уху. — Олег! — донеслось из динамика. — Олег, можешь мне объяснить, какого х… — Это не Олег, — сказал я. Павел Викторович закашлялся. Явно узнал — просто даже представить не мог, что на том конце провода окажусь я. Несколько мгновений он молчал, и я уже приготовился услышать короткие гудки, но… — Антон… Значит, ты все-таки с ними? — полуутвердительно произнес Павел Викторович. — Я думал, ты умнее. — Я тоже так думал. — Я открыл дверь и вышел на улицу. — Евгению от меня привет. Как нога? — Антон, не дури. — Павел Викторович шумно выдохнул. — Что тебе пообещали? Деньги? Я могу… —…Заплатить втрое больше? — Мне вдруг стало смешно. — Не сомневаюсь. Все ведь измеряется деньгами, верно? — Значит, дело не в этом? — Похоже, Павел Викторович искренне удивился. — Но что тогда, Антон? Что?.. — Удивительно, да? — рассмеялся я. — Оказывается, не все так просто. — Антон… Нет, только не говори, что это все — ради идеи! — Павел Викторович вдруг затараторил втрое быстрее. — Что он сказал тебе⁈