ему говорить… Точнее, втирать. Но одно я для себе уже решил точно: «Светоча» ему не видать, как своих ушей. Не после того, что его ручные «Волки» сделали с моими друзьями. Значит, остается обман — высшего класса, такой, что не раскусить даже этому мастодонту. А потом… Задумавшись, я оступился и снова полетел в сугроб. Подтаявший на неожиданно теплом солнце снег послушно расступился, принимая меня, и потащил дальше, вниз по склону. Я пытался уцепиться хоть за что-то, но под пальцы попадались только хрупкие высохшие кустики. Примерно через полминуты мое позорное падение окончилось, и я кое-как поднялся на ноги. Потеряв примерно пятую часть здоровья — зато заимев изрядное количество синяков и ссадин. — Йотуновы кости… — проворчал я, стряхивая со штанов налипший снег. Полет по крутому склону вниз превратил меня в ходячий сугроб, зато основательно срезал путь — я собирался спускаться по извилистой гряде, обходя валуны и деревья, а в итоге свалился прямо сюда, сэкономив целую кучу времени. Пропаханная мной неровная траншея начиналась где-то наверху — я уже даже не мог разглядеть, где именно — и заканчивалась чуть ли не у самой речки. Настолько быстрой и бурной, что холод с ней так и не справился — она появлялась из-за скалы, изгибалась подковой и уносила прозрачную воду дальше, в долину. Почему-то сразу захотелось пить. Не медовухи, а именно воды. Вот этой, ледяной и прозрачной, из узкой горной речки. Похоже, я уже окончательно съехал с катушек и переквалифицировался в местного жителя… Нет, мне уже приходилось ощущать в игре и жажду, и голод и некоторые другие естественные позывы — но еще ни разу это не было так… По-настоящему? Да, пожалуй, именно так. Мне хотелось напиться воды. Не в реале из чайника или из-под крана, а именно здесь и сейчас. Стоя на коленях в снегу и черпая двумя ладонями. Что я, собственно, и сделал — выбрал место у берега, не грозившее обрушиться под моим весом, плюхнулся на четвереньки и потянулся к воде. Набрал горсть и выпил — и холод обжег немногим слабее зелья, что Иде сварила моим хирдманнам перед битвой за Барекстад. Вдоволь нахлебавшись, я окунул в реку заодно и лицо и кое-как умылся. Хис не отставал — сначала лакал воду в паре шагов от меня, а потом забрался в реку всеми четырьмя лапами. Он вполне мог бы перекинуться в Ворона и в считанные мгновения упорхнуть на тот берег — а то и вовсе прошмыгнуть через мир духов — но, похоже, купание доставляло фамилиару удовольствие. Хис привык к волчьей шкуре точно так же, как я привык к шкуре