Похоже, все-таки получил «Окончательную». Не знаю, хватит ли Страннику духу пройти сквозь Царство Хель — но даже если и так, он вернется в этот мир где-нибудь далеко-далеко отсюда. Но как тогда здесь оказался Ошкуй? Я лично видел, как один из «Волков» вогнал ему в спину топор. Все-таки выжил и смог удрать? Каким-то чудом избежал костра и получил шанс на палочку-выручалочку в виде сюжетной привязки? И Эйнар — на свадьбе он оставался среди дозорных и вполне мог избежать резни… или переметнуться обратно к Вагни Ульфриксону. И Вигдис, которая лежала со свернутой шеей, а сейчас будто пытается прожечь меня взглядом насквозь… Йотуновы кости, вопросов определенно больше, чем ответов. Более-менее понятно все только с Айной — но почему-то именно она мрачнее всех. С таким лицом, словно вот-вот возьмется за топор. — Вы сделали с Олегом то, что я велел? — поинтересовался я. — Да, мой ярл. — Голос Айны звучал глухо, словно ей тяжело было говорить. — Зачем ты убил его? Разве он не служил конунгу так же, как и ты⁈ — Олег предал конунга. — Это неправда! — Айна тряхнула головой. — Я сама видела, как он сразил троих хирдманнов Беспалого! — А я видел, как он убивал моих людей! — рявкнул я. — Я не верю! — Айна сжала кулаки. — Меня не было в Длинном доме, когда пал Серый Медведь, но Олег спас меня! Если бы не его меч, я бы не покинула Барекстад! — Ты оставила меня и мой хирд? — Я сложил руки на груди. — И ушла с предателем? — Прости, мой ярл. — Айна опустила голову. — Он… он сказал, что вы все погибли. — Не суди ее строго, друг мой, — подал голос Ошкуй. — Разве был бы ты рад, если бы славная дочь Рауда пала в бою вместе с твоими людьми? Лучше возблагодари богов, что она сейчас с нами. — Только глупец мстит сразу, а трус никогда, — закивал Эйнар. — Дочери воина нет нужды врать. Олег сражался за нас. — Осторожнее выбирай слова, Безбородый. — Я перебрал пальцами, сжимавшими рукоять Гунгнира. — Или ты хочешь назвать лжецом меня? — Нет, мой ярл. — Эйнар пожал плечами. — Но и Айна Рауддоттир никогда не пачкала свой язык ложью. Мне проще поверить, что Олег убивал и врагов, и друзей, чем усомниться в слове одного из вас. Йотуновы кости… Надо признать — Эйнар Безбородый, бывший кормщик Орма Ульфриксона и по совместительству ходячая реклама шампуня — меня уел. От слова совсем. Как ни абсурдно звучало то, что Олег валил направо и налево и своих, и чужих — скорее всего, так оно и было. Зачем? Это уже второй вопрос — в тонкостях мотивации засланного Павлом Викторовичем казачка я разбираться