меч, — проворчал я. — Зато боги послали нам тролля — и мы изловили его в дар конунгу. — Такого трэлла не сыщется на всем Эллиге. — Эйнар ткнул Йорда в бок рукоятью меча. — Хотя будь я конунгом — отрубил бы рисе голову и повесил в Длинном доме на Арнхольте. — Верно. — Торвальд покачал головой. — Одному Всеотцу известно, что у тролля в голове… Дан, Игни — проводите храбрецов до Длинного дома. Иначе кто-нибудь непременно пожелает подпортить шкуру подарку конунга. Разумное решение… С точки зрения Торвальда. Вот только я не собирался шагать через весь Барекстад с провожатыми. Стоило оставшимся у дороги дозорным раствориться в темноте, я коротко кивнул Йорду. — Я думал, рисе существуют только в легендах, — проговорил Дан — а может, и Игни — выглядели парни почти одинаково. — Вот так уродец… — Сам ты уродец, — буркнул Йорд. Внезапно заговоривший тролль, похоже, удивил наших горе-охранников даже сильнее, чем тот факт, что его только что стянутые кожаными ремнями руки вдруг оказались свободны. Дан и Игни не успели даже взяться за мечи. В ночной тишине раздался противный влажный хруст, и в снег упали два бездыханных тела. Похоже, Йорд хотел только легонько стукнуть их лбами… но не рассчитал силы. — Йорд не хотеть! — запричитал он, с недоумением глядя на собственные ручищи. — Моя бить слишком сильно? Человек вставать? — Человек немного отдохнуть. — Ошкуй схватил бездыханного Дана — или Игни — за ноги и потащил с дороги в тень. — А потом человек отправится туда, где никогда нет снега и холода… и всегда вдоволь еды и медовухи. — Человек хорошо! — обрадовался тролль. — Йорд не любить снег. Йорд любить тепло и еда! Вигдис едва слышно фыркнула — и мы направились дальше, пробираясь к Длинному дому окольными путями. Не так уж сложно спрятаться в темноте среди домишек и сараев — даже вместе с великаном-троллем — когда знаешь, за каким углом проход открыт, а за каким непременно наткнешься на ночных дозорных. «Истинное зрение» просвечивало на пару-тройку десятков метров, да и Хис не подводил, исправно транслируя мне картинку с высоты птичьего полета. Прямо… снова прямо… а вот здесь придется свернуть. Направо. Потом налево — и быстро вперед, чтобы успеть проскочить между двумя отрядами с факелами. Еще направо и снова налево. Пришли… ну, почти. Я уже видел ржавый железный рог, болтавшийся над входом в жилище Иде — и никакая сила не могла меня остановить. — Тише, мой ярл! — простонал за спиной Ошкуй. Но я уже не слушал. И даже не пытался спрятаться в тени от света факелов. Наверняка