бы укусить огромное войско Черного Копья со стороны моря, попросту не стало, и самозваный конунг явно чувствовал себя хозяином если не всего Эллиге, то вод архипелага уж точно. Самое время наказать его за чрезмерную самоуверенность — как он в свое время наказал меня. — «Лебедь». — Рагнар поднял дрожащую руку и указал на самый крупный из драккаров. — На Эллиге не найдется корабля быстрее. Похоже, он уже успел разгадать финальную часть моего плана. На Барекстаде нас рано или поздно отыщут — но море не знает границ. И не так уж сложно одному драккару затеряться среди седых холодных волн и унести нас… да какая разница куда — лишь бы подальше отсюда! — Значит, я все-таки не ошибся, — раздался из темноты глухой голос. — Я прожил много зим, но мой слух все еще острее, чем у любого из людей Беспалого. Гигантская угловатая тень отделилась от борта драккара и шагнула вперед. — Человек страшный… — пробормотал Йорд, пятясь. — Плохой! Немудрено, что тролль испугался — даже у меня, побывавшего в Царстве Хель, душа на мгновение нырнула куда-то в область пяток. Рерик был едва ли не на голову выше даже самого рослого из нас — разумеется, не считая Йорда — а новая броня и вовсе превращала его в стального великана. Черные, как сама ночь, толстые металлические пластины надежно защищали широкую грудь, а сверху на них спускались огромные наплечники, над которыми возвышался скрывавший верхнюю половину лица шлем. Я едва ли узнал бы сэконунга, если бы не доходившая почти до пояса седая борода. Йотуновы кости… Как он заметил нас? Как смог подобраться незамеченным в этой консервной банке? И если Рерик здесь — где же остальные? Почему нас еще не?.. — Среди вас никто мне не ровня, — пророкотал он. — И никто не встанет на пути моей мести. Сэконунг пришел сюда один. Не ловить сбежавших пленников, не охранять драккары и даже не сражаться с врагами конунга — только мстить. Беспалый ни за что не позволил бы ему прикончить ценного пленника… но ни Черного Копья, ни Беспалого здесь не было — и между секирой Рерика и обессиленным Рагнаром стояли только мы. Глаза сэконунга не отражали далекий свет факелов, а сами горели в темноте тусклым зеленым пламенем. Непримиримым и безумным. Он не собирался кричать, звать на помощь или сражаться — лишь нанести один единственный удар тому, чей меч лишил его сына. — В сторону, — прорычал Рерик, поднимая секиру. — Мне нет нужды убивать вас всех. С момента нашей последней встречи сэконунг успел поднять уровень и вооружился куда лучше, чем мои спутники. Пожалуй,