не требовалось геройствовать и светиться. Катя должна была — по официальной версии — уехать в отпуск в Турцию. Как ты понимаешь, без присмотра врача мне совсем никак. А с тобой, Антон… С тобой все, конечно же, сложнее. Тебя вообще не должно быть здесь. — Охотно верю, — буркнул я. — Думаете, мне самому это все нравится?.. И что теперь? Олег прострелит мне ногу и оставит на обочине ждать «скорую»? — Была у меня и такая мысль. — Упырина, до этого смотревший исключительно на дорогу, удостоил меня взгляда обоих волчьих глаз одновременно. — В багажнике складное кресло-каталка, три канистры бензина и все, что может понадобиться нескольким людям на неделю. Я загоняю машину в кусты и собираюсь без лишнего шума вытащить Алекса. И тут появляетесь вы и устраиваете весь этот Голливуд. — То есть ты с самого начала все видел? — уточнил я. — И мог вмешаться? — Соображаешь. — И почему не вмешался? — Ну… интересно же было посмотреть, чем все закончится. — Олег даже не пытался скрывать, что издевается. — Объективно — не так уж и плохо. Фильмы про Джеймса Бонда явно не прошли даром. — Спасибо. — Даже полноценно разозлиться на Олега почему-то не получалось. — А ты сам-то кто такой, раз так соображаешь во всех этих штуках? — А этого, дружок, тебе знать не положено. — Выражение лица Олега из состояния «серьезное» переключилось на «серьезное в квадрате». — Может, когда-нибудь и расскажу. — Оʼкей. — Я пожал плечами. — Но теперь-то что? Высадите меня на остановке в Павловске, и на этом попрощаемся? — Если ты хочешь — именно так и будет, Антон. — Романов коснулся моего плеча. — Но я все-таки рад, что ты с нами. Как знать, может, это знак той самой судьбы? — И что вы предлагаете, Алекс? — Поехали с нами, Антон. И помоги закончить то, что я начал. — Я обязан решать сейчас? — Антон, ты вообще ничего не обязан. По крайне мере мне и по крайней мере пока, — отозвался Романов. — Как я уже говорил, я вовсе не требую, чтобы ты отдал «Светоч» или делал то, что я скажу. Но если наши цели хотя бы не мешают друг другу — добро пожаловать на борт. — Я — за, — тихо проговорила Катя. — Если меня вообще кто-то спрашивает. — А я воздержусь. — Олег коснулся кнопки на подлокотнике, и спинка его кресла поползла назад, откидываясь. — Думай сам. Но ты теперь в бегах, как и мы. Справишься один? — Да хрен его знает. — Я с размаху опустил затылок на подголовник. — Меня, может, и не так просто найти… Но у меня вообще-то есть родители. Если все так серьезно — им могут угрожать. — За родителей можешь не переживать.