Слова сухие и написаны без лишних сентиментальностей, словно рапорт — когда-то Костя писал такие в ответ на поручения о производстве оперативных мероприятий. Но от обращения «Мальвина» я почему-то улыбаюсь и, с теплотой проведя по буквам пальцами, убираю записку в карман платья.

Понятия не имею, во сколько Семенов уехал, чтобы хоть что-то успеть, а у меня времени осталось совсем немного. Завтракать одной не хочется, но кофе я принимаю с благодарностью. Не спешу отчитывать управляющую за отсутствующие в аптечке лекарств, упомянув лишь о необходимости проверить их наличие и сроки годности. Есть более насущные вопросы:

— Смолкин, управляющий офисом, сейчас на месте?

Поджав губы, она разводит руками:

— Петра Федоровича нет со вчерашнего дня. Из-за этого у нас сорвалась встреча по договору для новой прачечной.

— А связь с ним какая-нибудь есть?

Семенов вчера не смог ему дозвониться, решив, что Смолкин просто избегает общения с ним лично как с главой службы безопасности, но теперь, когда Екатерина отрицательно качает головой, проблема выглядит глобальней.

— Пожар еще этот… — причитает она. — Вам ведь уже доложили? Сотрудники понятия не имели, что делать. Хорошо хоть Константин приехал…

— Доложили, — коротко обрываю я, глянув на часы. — Договор по прачечной согласуйте с московским юротделом, а если Петр Федорович так и не объявится, они же назначат новое руководство.

Женщина снова сдержанно кивает. Кажется, будто она боится, в очередной раз убеждая, что администраторша расписала меня настоящим монстром. Эдакой Медузой Горгоной, с развевающимися голубыми волосами вместо змей.

«Ночью ты ею была, Ли, — смеется Ринка, неожиданно появляясь в голове и уточняет: — Когда переживала за Семенова».

Может и так. А где всё это время была сама Ри? Я ведь до этого момента вообще не ощущала ее присутствия и, говоря откровенно, вчерашняя ночь была переполнена событиями настолько, что о сестре я вспомнила только сейчас.

«Это доказывает, что в присутствии Кости ты вполне способна обходиться без меня», — резюмирует голос в голове.

Неспособна — это во-первых. А во-вторых, Костя снова сбежал от меня, и если за оставшиеся до пятницы два дня я не сумею ничего изменить — сбежит снова, только в этот раз уже навсегда. В надежде, что с сестрой удастся поговорить по пути в аэропорт, допытываюсь у Екатерины:

— А с кем Смолкин контактировал из Владивостокского офиса? Может вы знаете?

— Из Владивостока к нему Сергей Павлович раньше часто приезжал, кажется у него в Калининграде родственники, — не раздумывая вспоминает управляющая. — Больше, кажется, никого. Но Смолкин близок к руководству. В том числе к Владимиру Сергеевичу. А его собеседование ваша сестра проводила лично.