В приемной адвокатского бюро пахнет кофе, деревом и клубникой. Ева у стойки, провожает клиента — судя по важному виду мужчины с перекинутым через согнутый локоть пальто. Она улыбается ему профессионально-вежливо, но когда переводит взгляд на нас, улыбка становится другой — живой и теплой.

— Дэн тебя уже ждёт, — обращается она к Косте. — Но скоро умчится на следственные действия, так что лучше поторопись. Алина, сделать вам кофе? С медом, как в прошлый раз?

— Лучше чай, — улыбаюсь я в ответ, не выдав удивления тем, что она меня запомнила.

Семенов скрывается в кабинете, а я понимаю, что вряд ли сумею выведать хоть что-то полезное. Но спустя пару минут, когда на журнальном столике передо мной появляется чашка ароматного чая с медом, перестаю считать свой визит в бюро совсем уж бесполезным. И он перестает быть таковым окончательно, когда еще через минуту из кабинета выглядывает Лазарев:

— Подготовь мне документы по Кристаллу, — он обращается к Еве, а меня едва удостаивает коротким сухим кивком.

Дверь кабинета снова закрывается — адвокат привык к тому, что его приказы не подлежат обсуждению и априори исполняются незамедлительно. В подтверждение этой мысли, Ева действительно принимается искать среди папок-скоросшивателей на огромном стеллаже какую-то конкретную.

— Как вас угораздило выйти за него замуж? — негромко — так, чтобы в кабинете наверняка никто не услышал, ворчу я.

На Лазареве ведь огромными буквами написано «манипулятор, тиран и деспот». При всей его внешней привлекательности и амбициозности, Еве следовало бы бежать от такого без оглядки а не опрометчиво влюбляться в него.

— Сама иногда об этом думаю, — смеётся она, вытаскивая нужную папку. — С Дэном бывает непросто, но без него — совсем невыносимо. Наверное, это и есть любовь.

Не похоже, чтобы Лазарева страдала, оправдывалась или жаловалась. У нее даже голос меняется, когда она говорит о муже. В нем звучат тепло и спокойная уверенность, чуждые и непонятные мне. Они есть лишь у людей, привыкших к тому, что за спиной у них надежная стена, а не зияющая черная бездна из флешбэков и осколков непонятных чувств.

Ева и сама не прочь узнать, почему я пришла вместе с Семеновым, но не решается, из страха, что я посчитаю вопрос бестактным. В отличие от нее, я не боюсь таких мелочей, поэтому задаю свой не менее бестактный вопрос:

— Кристалл — это компания Арсения Богачева? Ваш муж ведь защищал его по делу о МИГ… — заметив, что взгляд собеседницы скользнул на дверь кабинета, я примирительно подняв руки, тараторю: — Знаю, знаю — это адвокатская тайна и всё такое. Но мне не нужны подробности дела. Только номер телефона Арсения.