— Здравствуйте, Карл Мёрк, — раздался женский голос со стороны стены позади него.
Он удивленно обернулся к модно одетой женщине. Ее лицо было легко узнаваемым, а аккуратно накрашенные красной помадой губы пытались изобразить подобие улыбки.
— Так, Молис, ты-то что здесь делаешь? И где мой адвокат? — спросил Карл, высвобождаясь из объятий Моны.
— Собственно, поэтому я здесь. У нас для тебя очень плохие новости, — произнесла женщина. — Мне жаль говорить об этом, Карл, но два часа назад твоего государственного защитника, когда он шел к тебе, сбила машина прямо здесь, перед тюрьмой. Автомобиль резко выскочил на тротуар, по которому он шел, и на полной скорости врезался прямо в него.
Карл нахмурился и тяжело сглотнул.
— Прямо перед тюрьмой, говоришь? Он сильно пострадал?
— Погиб на месте, — отрезала она.
На несколько секунд повисла тишина. Карл пытался осознать услышанное. Как вообще можно такое переварить?
— Погиб? — Он посмотрел на Мону, которая стояла и молча качала головой, пока Лусия дергала ее за платье. — Я не понимаю. Его сбили намеренно?
Мона взяла его за руку:
— Был один свидетель, сейчас с ней работает мой коллега — приводит в чувство после шока. Но в ту секунду женщина оказалась достаточно сообразительной, чтобы запомнить регистрационный номер. Она описала это как абсолютно преднамеренные действия. Машина свернула на тротуар на таком расстоянии от пешехода, что наезда легко можно было избежать. Вместо этого водитель прибавил газу, и твой адвокат просто не успел отскочить в сторону.
Карл опустил взгляд. Какое-то безумие. Неужели его адвокат стал первой жертвой во всем этом кошмаре? У Карла не было сомнений: это послание предназначалось лично ему. Он покачал головой. То, что еще вчера казалось ему каким-то фарсом, теперь обернулось катастрофой. Это был чистой воды кошмар, и, как любой кошмар, он стремительно набирал обороты, стоило ему только начаться.
— Бедный человек… Я ведь даже не помню, как его зовут. Уже известно, кто был за рулем?
— От преступника и след простыл. Машину угнали с парковки прямо за тюрьмой, на аллее Вестре Киркегордс. И уже через час ее нашли припаркованной с нарушением правил — она наполовину заехала на тротуар напротив дома 144 по Вестерброгаде.
Карл посмотрел на Молис Шёгрен. Без сомнения, она была одним из самых высококлассных и известных адвокатов по уголовным делам в стране.
— И теперь ты мой новый адвокат, — констатировал он без особого восторга.
Молис, конечно, была исключительным вариантом, способным вытащить его из этой передряги, но на ее счету было немало судебных процессов, где она добивалась оправдания для преступников, которых он и весь убойный отдел с трудом выслеживали и арестовывали. Так что его восторг перед ней и ее неоспоримым талантом адвоката, мягко говоря, стремился к нулю.