Он припарковал машину на стоянке возле следственного изолятора в Слагельсе без малого в два часа дня. Вокруг царил сонный, провинциальный покой, который так резко контрастировал с тяжелой, давящей реальностью, скрываемой за тюремными стенами.
Как же ему хотелось посидеть напротив Карла хотя бы десять минут. Почувствовать его настрой, понять, откуда он черпает силы в тех жутких обстоятельствах, в которых оказался. Шла уже вторая неделя, как они не разговаривали, и это был первый подобный разрыв за все четырнадцать лет их знакомства. Разумеется, тяжелее была только разлука с Марвой и девочками в те кошмарные годы, когда их держали в плену в Ираке.
В этот момент его мобильный зазвонил. На экране высветился неизвестный номер.
— Это я, Кеннет! Мне только что передали, что ты едешь сюда. Ты далеко?
— Я уже стою на парковке у тюрьмы. А ты где?
Кеннет громко расхохотался — так сильно, что смех донесся одновременно и из трубки, и прямо у него из-за спины. Асад не видел его со времен дела с бутылочной почтой одиннадцать лет назад. Что раздражало больше всего — этот парень вообще не изменился, разве что слегка раздался в плечах и подкачал мускулатуру.
— Я тут заметил по камерам наблюдения одного типа. Он шёл и разговаривал, прижав ладонь к уху, как будто у него там беспроводной наушник. Это было вон там, прямо у входа на небольшую аллею позади тюрьмы. Но сейчас он, к сожалению, скрылся из виду, и это меня совсем не греет.
Асад недоуменно оглядел его голову. Что значит «не греет»? На улице холодно, так если он хочет согреться, почему бы ему просто не надеть шапку? И какое Асаду вообще до этого дело?
— Как думаешь, откуда может прийти угроза? — спросил он.
Кеннет указал сначала на кусты по ту сторону защитной лесополосы, а затем вверх — на вышку пожарной части.
— Если бы мне нужно было атаковать камеру Карла, я бы наносил удар из одной из этих двух точек, — уверенно произнес он.
Асад согласился.
— Где твой монитор?
— В машине.
Кеннет протянул Асаду беспроводную гарнитуру:
— Она полностью заряжена. Скажи что-нибудь для проверки, я отвечу.
После короткого теста Асад поднял большой палец вверх. Связь работала отлично.
— Раз уж ты сидишь с монитором в машине, то сможешь постоянно держать меня в курсе дела, — сказал Асад, впервые за долгое время почувствовав себя в своей тарелке. Наконец-то он мог сделать что-то реальное для Карла. И пусть вокруг было холодно, сыро и грязно после вчерашнего снегопада, само ощущение возвращения к активным действиям наполняло его драйвом. Это было куда лучше, чем целыми днями торчать в тесной квартирке с женой и тремя детьми, и уж точно веселее бесконечной бумажной работы перед экраном компьютера в офисе.