Ответом стал поток громких проклятий и мата, сопровождаемый глухим ударом о пол — похоже, тот, кто отпирал дверь, теперь растянулся в коридоре и корчился от боли.
Карл выскочил в полуоткрытую дверь и в то же мгновение увидел прямо перед собой «Кроличьего хера». Тот занес остро заточенный зубец от пластиковой вилки, готовясь резко ударить Карла в солнечное сплетение.
Но когда тот пошел на таран, Карл перехватил удар. Острие вонзилось ему в ладонь, но он резко вывернул руку противника, так что вилка переломилась надвое.
Кроличий хер на секунду замешкался. Его только что лишили острия оружия, а вместе с ним и всего плана, но он все равно с силой ткнул обрубком Карлу в область живота. На белой футболке проступило немного крови, но это было сущим пустяком по сравнению с тем, как полыхнуло кровью плечо «Кроличьего хера»: Карл выдернул обломок вилки из собственной ладони и двумя быстрыми, резкими ударами вогнал его в плечо нападавшего.
Кроличий хер отшатнулся на пару шагов назад и взвыл так, словно никогда в жизни не получал сдачи. И тут Карл увидел, что помимо стонущего на полу зачинщика, который сейчас был мало на что пригоден, в коридоре стояли еще двое заключенных. Они коротко переглянулись и бросились наутек к лестнице на верхний ярус.
Только тогда Карл закричал, призывая на помощь.
Впоследствии официальная версия гласила, что один из заключенных — возможно, во время вывода в туалет — вырубил надзирателя Петера по кличке Ревун, который дежурил в суточной смене, забрал его ключи и выпустил еще нескольких зэков. Однако Карл, посмотрев на надзирателя, который валялся чуть дальше по коридору и охал, заметил его чересчур театральные попытки подняться, когда примчались остальные охранники и замяли инцидент. Это была смехотворная, дилетантская актерская игра. Карл видел исполнение куда качественнее на ежегодных школьных спектаклях в школе на Сколегаде в Брённерслеве[38] . Разумеется, в связи с этим назначат служебное расследование и проведут дефьюзинг[39] со всеми сотрудниками, дежурившими в ту смену — такова процедура. Но Карл был уверен, что Петер «Ревун» выйдет сухим из воды, а в лучшем случае еще и под шумок выбьет себе пару недель больничного.
Как бы то ни было, теперь Карл точно знал, чего стоит этот продажный надзиратель. С этой секунды ему придется постоянно оглядываться — как затравленной антилопе, за которой идет по пятам стая гиен.
Раненая ладонь Карла пульсировала от боли. Остаток ночи он не сомкнул глаз. Это была уже вторая ночь без сна подряд, и его нехватка уже вовсю начинала сказываться на организме.