— Этот тип возник буквально из ниоткуда. Выстрелил Терье в спину и попытался прорваться в дом, где также находились Харди и Минна. Больше я ничего не знаю, кроме того, что нападавшего обратила в бегство полиция.
— Бедный Терье! Ранение в спину может быть смертельным. — Она вздохнула так тяжело, что Гордон гарантированно это услышал. — Ты говоришь, Карл был с Харди и Минной? И где он сейчас?
«Скажи это, Гордон, чтобы Том Лоос получил шанс доказать, чего он стоит!» — стучало у нее в висках. Возможно, уже сегодня она все-таки останется в выигрыше.
— Карл говорит, что готов сдаться только тебе. Он не знает никого другого, кто отнесся бы к делу столь же непредвзято и обладал бы достаточным весом, чтобы сдерживать Маркуса Якобсена.
Бенте затаила дыхание.
— Мне нужно прийти в себя, Гордон.
Она подошла к раковине и открыла кран, чтобы это прозвучало так, словно она наливает себе стакан воды. Затем она выдвинула кухонный ящик, под крышкой которого скрывалось еще одно потайное отделение. Там она хранила ключи, острые ножи и пистолет, который изъяла много лет назад и на который впоследствии оформила разрешение.
Она сняла его с предохранителя и заткнула сзади за пояс брюк. Теперь она была готова.
— Мне уже лучше, Гордон, нужно было глотнуть холодной воды. Новости, которые ты принес, ужасны, но Карл принял разумное решение. Так что я, разумеется, готова его принять. Ты приедешь вместе с ним?
— Да, я и Роза. Он тяжело ранен, так что о...
— Когда вы сможете быть здесь?
— Думаю, совсем скоро.
— Хорошо, дай мне десять минут. И если вы будете одни, а Карл согласен на то, чтобы вы привезли его в наручниках, я с удовольствием сама оформлю арест прямо здесь, а уже потом вызову наряд в обход Маркуса.
— В наручниках? Но он ведь идет добровольно, Бенте, и он в довольно плохом состоянии, как я только что сказал, так что тебе нечего бояться. К тому же мы будем рядом, идет?
— Ладно, договорились, и спасибо! Вы вообще огромные молодцы, ребята. Это ты его переубедил?
— Нет, Роза.
— Вы такие сильные, вы двое. Но у тебя голос немного дрожит. Представляю, как вам было тяжело.
— Это… это всё сразу. Мы просто не можем поверить. Мы ведь столько лет работали бок о бок с Карлом. И ещё эта история с Сисле-Парк... до меня, кажется, только теперь начинает доходить вся серьёзность случившегося.
— Когда всё это благополучно завершится, мы обязательно устроим тебе заслуженный отпуск, Гордон. Да и о повышении, пожалуй, стоит подумать.
Гордон ничего не ответил.
— Через десять минут жду вас!
Гордон подтвердил и повесил трубку. Бенте тяжело перевела дух. Все спелые апельсины разом посыпались прямо к ней в чалму, лучшего и желать нельзя.