— Узнай, как и сколько тебе разрешено переводить мне сюда, Мона. В таком месте всегда полезно иметь хоть что-то в кармане.
Она кивнула. Это она знала лучше кого бы то ни стало.
У двери загремело, и в комнату вошел высокий стройный мужчина. Карл его не знал — знаком ему был только тот, кто шел следом. Это был сотрудник Независимого ведомства по жалобам на полицию (DUP), который совсем недолго допрашивал его вчера.
Шедший впереди мужчина протянул ему руку.
— Я начальник следственного отдела DUP, Ноа Роммель. И нет, я не родственник немецкого генерал-фельдмаршала, если вы вдруг задались этим вопросом, — он улыбнулся. — Именно я руковожу расследованием вашего дела совместно со старшим следователем Лаустом Смедегором, с которым вы познакомились вчера при аресте. Нам разрешили воспользоваться комнатой для семейных свиданий, поскольку ваша супруга уже была здесь, да и места тут побольше, чем в кабинете для адвокатов.
Карл кивнул обоим.
— Прошу прощения, что добрался только сейчас. Я прохожу кое-какое обследование в больнице, а эти дела, к сожалению, тоже нельзя запускать.
— Разумеется, — Карл понимающе кивнул. — «Когда болезнь приходит в дом, святыне наступает крах», как сказал один старый еврей в шаббат, — произнес он. Судя по всему, смысл этого сравнения поняли только Мона и Роммель.
— Нам, пожалуй, придется попросить вас закончить разговор с мужем, Мона Мёрк.
— Вы должны лучше его охранять, — отрезала она с присущим ей авторитетом. — И Карл, — она поднялась со своего места и шагнула к нему, — знай: даже несмотря на то, что Маркус Якобсен вставляет палки в колеса, твои друзья из Отдела «Q» работают на полную мощность. — Она повернулась к Ноа Роммелю и Лаусту Смедегору. — Так что, пожалуйста, просто оставьте коллег Карла в покое и дайте им сделать то, чем они могут помочь, хорошо?
Начальник следственного отдела DUP лишь слегка качнул головой, и Карл прекрасно понял этот жест. Это расследование принадлежало исключительно DUP, и никто не должен был путаться у них под ногами.
Она наклонилась к Карлу и поцеловала его.
— Ты скоро выйдешь отсюда, дорогой, — сказала она, полностью проигнорировав протестующие возгласы надзирателя.
Минуту спустя он остался один на один с двумя следователями.
— Мы имеем дело с историей, которая тянется уже много лет, Карл Мёрк, так что это потребует гораздо больше ресурсов, чем наши обычные расследования. Поэтому, к сожалению, я не могу сказать вам ничего другого: всё это займет время. Вам стоит рассчитывать на то, что содержание под стражей может растянуться на месяцы. Но вы, полагаю, и сами это понимаете.