Но всё когда-нибудь заканчивается — закончился и этот полёт. На подходах к Москве самолёт набрал высоту и мы получили возможность полюбоваться на изгибы Москвы-реки, пряничные стены Кремля, высящиеся над берегом, на улицы, разбегающиеся от Манежной Площади и кудрявящиеся на всём протяжении Бульварного кольца деревья. Потом машина заложила ещё один вираж, и внизу распахнулось огромное Ходынское поле с маленькой, словно сложенной из детских кубиков, башенкой аэровокзала и светлыми крестиками аэропланов, выстроившихся в ряд по кромке лётного поля. Ещё один вираж, заход на глиссаду — рёв двигателей упал сразу на два тона, 'Юнкерс задрал нос, толчок, тряска, недолгая пробежка, остановка, моторы один за другим замолкают, и уши, напрочь отвыкшие за эти пять часов от тишины, словно залеплены воском.

…Да мы уже в Москве!..

— Всё, пора! — я повернулся к Марку. Его физиономия, бледная, с чёрными провалами больших еврейских глаз, светилась в полумраке «салона». — Сейчас, как говорили, при старом режиме — либо грудь в крестах, либо голова в кустах!

И добавил, увидев, как кожа его сделалась уж совсем бумажно-белой:

— Да не дрейфь ты! Говорю же: в худшем случае, отправят в ближайший детприёмник, а там мы ещё покувыркаемся. Если по дороге ноги не сде…

Конец фразы заглушили гулкие шаги, грохот и скрежет металла — бортмеханик распахнул изнутри люк и принялся с помощью аэродромных техников прилаживать дощатый пандус, по которому предполагалось спускать ящики. Рядом тарахтел на холостом ходу «фордовский» тупорылый, с гнутыми крыльями, грузовичок. Столица, однако… на Горьковском автозаводе такие начнут собирать из машинокомплектов года через два с половиной, а в этом году только подписаны соглашения между ВСНХ СССР и американской фирмой «Ford Motor Company» о технической помощи по организации и налаживанию массового производства легковых и грузовых автомобилей.

…откуда я знаю всё это в таких подробностях? Проще простого: среди моих прежних увлечений имело место и коллекционирование моделек автомобилей в масштабе один к сорока трём, спровоцированный появлением на отечественном рынке журналов-партворков вроде «Автолегенды СССР». И собирал я не всё подряд, а лишь продукцию советского автопрома годов примерно до шестидесятых.

— Быстро, под чехлы! — я ткнул Марка в бок. — Может, сразу и не заметят, а уж там…

Сразу не заметили. Скорчившись под жёсткими, воняющим бензином и машинным маслом брезентами, мы слышали, как грохотали по металлу сапоги аэродромных работников, как скрежетали выволакиваемые ящики. Потом звуки изменились: снаружи долетело фырканье мотора и специфические речевые обороты, при помощи которых шофёр объяснял, что больше груза он взять не может. Мотор затарахтел и, судя по звуку, работяга-АМО укатил, оставив возмущённых подобных саботажем авиаторов, дожидаться второго рейса. Их комментарии — все до одного напрочь нецензурные, доносились издали, приглушённые гофрированной обшивкой «Юнкерса».