— Что? Какие закрома?.. — Марк озадаченно уставился на меня.

— Приятель твоего отца, под порогом которого он зарыл клад. Или ты уже забыл, где его искать?

Я нарочно придуривался, чтобы хоть немного взбодрить спутника.

— А-а-а, вот ты о чём… — Марк хмыкнул. — Так это нам надо в центр города, переулок… как его… Штатный!

— Штатный? Не слыхал. Наверное, в наше время его переименовали.

— Это в Хамовниках, между Остоженкой и Большим Лёвшинским.

— И он там живёт? А как полезем в квартиру, ты подумал?

— Нет, тут всё иначе. Вот ты, помнится, пошутил насчёт бриллиантов в стуле — а ведь, не поверишь, почти угадал!

— Да ладно! — я состроил удивлённую физиономию. — Значит, будем потрошить обивку? Бритвы, правда, нет, придётся ножичком.

— У нас в московской квартире был большой старинный шкаф дубового дерева, такой высоченный и весь в резьбе…

— Мастера Гамбса? — не удержался я. Марк нахмурился.

— Я серьёзно, а ты…

— Ладно-ладно, извини! — я поднял перед собой ладони в примирительном жесте. — Так что там с шифоньером?

— Со шкафом. Книжным. Нам он достался вместе со всей обстановкой — реквизировали у какого-то беглого буржуя. Так вот, у этого шкафчика был секрет: в боковину встроен плоский потайной ящик, который открывается, если по очереди нажать на несколько дубовых завитушек. Тогда срабатывает скрытый механизм и — дзинь! — ящик сам собой выдвигается под действием потайной пружины. А если он задвинут, то нипочём не найти, простукивай-не простукивай, так всё хитро устроено!

Я недоверчиво покачал головой. Что-то тут не сходится…

— Вы-то как его нашли, если он весь из себя такой потайной?

— А ящик был уже выдвинут, чуть-чуть, на полпальца. Видимо, прежний владелец шкафа тоже там что-то ценное держал, а когда пришлось драпать, то забрал с собой. А закрывать не стал — зачем? Вот мы с папой его весь обшарили и разобрались, что к чему.

— Ну, хорошо, допустим. И что, твой отец всё туда и сложил? А что тогда помешало забрать, когда вы уезжали? Под рукой же было, как и у прежнего хозяина…

— Не был шкаф под рукой. — вздохнул Марк. — Мы ведь после левоэсерского мятежа не сразу из Москвы уехали. Отец тогда спрятал в этот ящик часть своего… своих… в общем, того, что нужно было спрятать, а шкаф отправил на ломовом извозчике своему другу, дяде Лёше Солоновичу. Он тогда преподавал математику в Техническом Училище, а с папой был знаком со студенческой молодости. К мятежу он отношения не имел, вот отец и подумал, что сделает вид, что просто продал шкаф старинному приятелю. У него, если что, искать не станут…