— Неважно, — отмахнулся Иван. — Важно то, что лекарство — в том случае, если оно состоится, хотя лично я в это мало верю — должно дойти до нас. Нам нужно минимум шесть порций, на шестерых человек. Это понятно?

— Базара нет, — кивнул Рэд.

— Договорились. Тогда второе. Мы даем вам дрезину. И даже сопровождающего, чтобы добраться до Ишима… Но ваша девушка… остается у нас. Спокойно, детки! — это Иван заметил, как руки всех четверых устремились к несуществующему оружию. — Я не сомневаюсь, что даже голыми руками вы нас обоих ухлопаете, как комаров. Но нападать не советую — за дверью стоят автоматчики. И позвать их на помощь я успею.

— Подготовился, вояка, — убирая руку с пустой кобуры, бросил Рэд.

— А как же! Я всегда готовлюсь. Потому и жив до сих пор. Девчонка — за дрезину. Соглашайся, сделка честная.

— Да пошел ты…

Рэд поднялся. Бойцы поднялись за ним.

— Я-то пойду, — согласился Иван. — А вот вы — далеко ли уйдете? У девочки кость задета.

— Не твоя печаль! Разберемся. Не знаю, какие тут у вас порядки, а я бойцов на телеги не меняю.

— А я… — Кирилл впервые почувствовал, что такое злость. Слова давались с трудом. — Я, со своей стороны, обещаю, что к вам вакцина не попадет никогда! Таким, как вы, не стоит… продолжать человеческий род.

— Ах ты, сопляк! — насупившийся Влад сдвинул брови, опираясь кулаками о стол. — Что ты сказал⁈

Кирилл охотно повторил. Он вдруг понял фразу из любимого фильма, которая до сих пор казалась странной. Понял, что такое «темная сторона силы». Это, когда не боишься драки. А когда ее хочешь. И, оказывается, подобное чувствовал не один.

— Давай, дядя, врежь, — прищурившись, подбодрил Влада Рэд. — А мы посмотрим!

— Ах, ты… — Влад выбирался из-за стола.

— Ну и заплыли вы тут, — насмешливо наблюдая, фыркнул Джек. — На хрена вам дрезина? Куда вам ездить? По морде двинуть — и то год собираетесь.

Широкое лицо Влада побагровело от злости. Иван попытался вмешаться.

— Владик, стой!.. Черт, да прекрати же! — Схватил друга за руку, пытаясь остановить.

В распахнувшуюся дверь ворвались парни-автоматчики. Отряд оказался под прицелом.

— Не надо. — На сиплый голос Олеси обернулись все.

Молчунья, припав на раненную ногу, решительно шагнула вперед.

— Уберите стволы… Я останусь, командир.

— Поверить не могу, что когда-то эти люди страну защищали, — не сдержался Кирилл. Отряд готовился ко сну. — Мне кажется, они ни о чем, кроме собственного брюха, думать не в состоянии!

Постояльцев разместили в длинной комнате со множеством кроватей — два ряда по десять штук. Помещение выглядело необитаемым: в гарнизоне проживало гораздо меньше людей, чем могло бы поместиться.