Та досадливо двинула плечом — отстань.

Адапты не любили, когда их называли мутантами. Да это было, строго говоря, и неправильно. Однако Кирилл знал от Сергея Евгеньевича, что у некоторых соплеменников Рэда вместе с адаптированностью к окружающей среде проявлялись необычные способности. Ускорялась быстрота реакции, обострялись слух, зрение — и, оказывается, обоняние тоже.

Кирилл вглядывался в темноту впереди. Интересно, как это — чуять людей?

Командир прочирикал на птичьем языке пароль. В ответ прозвучал радостный, полный надежды отзыв.

— Маринка, — определил Рэд.

Скоро отряд уже здоровался со встречающими. Через минуту — двинулся дальше.

— Вы чего здесь? — Кириллу показалось, что голос Рэда звучит странно. Столько было в простых словах обеспокоенности, внимания и желания помочь. До сих пор ни разу не слышал, чтобы суровый Сталкер таким тоном разговаривал.

— Дорогу чистим, — откликнулась Марина.

В темноте, в защитном комбинезоне было сложно понять, как она выглядит. А голос Кириллу понравился. Приятный голос, только очень усталый.

— Иначе вам не проехать. Думали, вчера закончим, да не успели. Ребята с ног валятся.

— Ясно, — сказал Рэд. — Девчонок и бункерного забирай, а мы с пацанами останемся.

— Да еще не хватало! Сами управимся. И инструментов лишних не брали…

— У нас свои. Знаешь ведь. Вот че ты каждый раз — как маленькая?

— Спасибо, — тихо отозвалась Марина. А Кирилл подумал, что, кажется, вязниковской командирше — так же, как и Рэду — хочется сказать гораздо больше, чем позволяет себе говорить. — Спасибо тебе, Сталкер.

Рэд не ответил. Мягко, непохоже на себя, высвободил руку, за которую Марина схватилась в порыве благодарности.

— Идите уже, не мешайтесь… Пацаны, топоры — к бою!

Заросли на дороге скоро стали такими густыми, что Марина посоветовала застегнуть капюшон и спрятать руки в карманы. Примерно сотню метров Кирилл и девушки продирались вслед за проводницей сквозь самую настоящую чащу. Было жутко и совсем не до разговоров.

Потом они очень быстро шли, гораздо быстрее, чем Кирилл ходил с Рэдом… В общем, донести до Марины спасительную идею сумел только на месте. А поскольку план действий в голове уже полностью оформился, начал Кирилл с конца.

— Марина, скажи, пожалуйста, нет ли у вас в поселке перегонного куба?

Весь следующий день — с того момента, как Марину удалось убедить, что «бункерный» — не сумасшедший, хоть иногда таким и кажется — Кирилл работал, как проклятый. Перегонного куба в Вязниках почему-то не оказалось. Там не оказалось даже элементарной лабораторной посуды. Глядя на сооруженный абы из чего аппарат для обогащения раствора Кирилл думал, что бункерные жители вопросом его предназначения здорово бы озадачились. Спать он не ложился. К пяти часам вечера раствор пошел. К восьми образовалось достаточное количество, чтобы можно было налить в небольшую банку.