Глава 34
Я руку тебе протяну,
Я помогу, ты прими её.
Боишься, что обману?
Так послушай своё чутьё.
(песнь баянника, отрывок)
Медовый град не изменился. Он всё так же приветствовал путников, едущих с запада и востока, с севера и юга. Он был шумным и суетным, с полными гостевыми дворами и лавками, а сейчас, в середине лета, ещё и окружен множеством лугов и полян, пёстрых от цветов. Это красивое место с единственным клочком тишины — площадью у Врат Перехода.
Мала снова стояла перед раскрытыми резными створками и всматривалась в клубящийся между столбами дым. Она отдала хранителям список своего же письма, отосланного около года назад, и сказала о решении пройти в Перерождающийся мир ещё раз. И в шаге от нового путешествия туда, волховица вспоминала снова оставленный дом и прощание со всеми.
В этот раз она отправилась с караваном одного из купцов, с которым пол дороги было по пути. Да и в поместье устроили проводы с пиром и напутствиями, ведь уже не старшая волховица уходила, а одна из двух равных княжин. Громкие слова и как её славили бывшие сироты до сих пор звенели в голове, а уж как приглашенные гости зыркали, мурашки по коже. И в тот вечер девушке казалось, будто на руках и ногах незаметно застегнули цепи, которые она раньше не замечала. А сейчас, в нескольких саженях от Врат Перехода, в шаге от неизвестности, она внезапно почувствовала себя свободно и… испугалась.
Вздохнула, обернулась к северо-востоку, поправила одежду и лямки котомки, сжала подвязанный к поясу оберег, и вбежала во Врата. Всё тело скрутила уже знакомая боль, от которой хотелось сбежать в забытье, но не получалось. А потом всё резко завершилось.
Одетую по летнему Малу обдало холодом, и она рухнула на промёрзшую землю. Тяжелое дыхание осыпалось снежной пылью, а под рубъ проползла стылость, снимая боль и дальше вгрызаясь в тело и занимая её место. Девушка выпрямилась, оглядываясь вокруг и прислушиваясь к себе.
На сколько доставал взгляд простирались скалистые гребни, с обеих сторон почти отвесно обрываясь в пропасти. Их причудливое переплетение само походило на морозный узор на дорогих стёклах, вставленных в окна — расходились, сходились и даже сливались в островки и вздымались пиками в небо. А небо? Небо затянуто серыми тучами, из которых начал падать мелкий снег, подхваченный ветром.
И даже сила в этом Краю неслась не полноводной рекой, а будто через горные пороги. Она зло жалила, рвалась и не давалась, вламывалась в дар, круша всё на своём пути, но не выходя, а лишь ярясь всё больше. Волховица постаралась закрыть устье и быстрым шагом пошла к видневшейся недалеко скале, а за её спиной, словно крылья, разлетались светлячки. Надо было сперва привести себя в порядок после перехода, унять дрожь в пальцах и согреться.