он подойдёт.— Рэйвен.— Да?— Вы сейчас ведёте себя очень опасно для мужчины, у которого наверху дети.— Именно поэтому я всё ещё здесь.— Это не ответ.— Это последний остаток благоразумия.Он остановился совсем близко.Не коснулся.Но было достаточно.Она чувствовала тепло его тела, лёгкий запах дождя, кожи, кофе и чего-то древесного. Видела тень усталости под глазами, резкую линию скулы, тёмные пряди у виска. И снова поймала себя на мысли, что этот мужчина красив не потому, что у него правильное лицо.А потому что рядом с ним всё становится важнее.Слова. Молчание. Дыхание. Выбор.— Вы сегодня были великолепны, — сказал он.Голос низкий.Без игры.Элеонора медленно вдохнула.— Сначала поздравить, потом отругать, потом поцеловать?— Я решил начать с того, что труднее всего сказать спокойно.— И как успехи?— Провальные.Она улыбнулась.Но внутри стало тихо.Очень.— Я боялась, — призналась она.Он не удивился.Только взгляд смягчился.— Знаю.— Ненавижу, когда вы так говорите.— Потому что это правда?— Потому что вы замечаете.— Вы тоже.— Но я делаю вид, что это профессионально.— А я — что это стратегия.Их взгляды встретились.Оба улыбнулись.И в этот момент дверь распахнулась.— Мадам! — Жанна вошла с подносом, увидела, насколько близко они стоят, и застыла.На подносе задрожали чашки.Элеонора закрыла глаза.— Жанна.— Я ничего не видела.— Ты видела всё.— Но могу забыть!Рэйвен тихо кашлянул.Элеонора посмотрела на него.— Не смейтесь.— Я стараюсь.— Плохо.Жанна поставила поднос на стол и попыталась исчезнуть. Неудачно. В дверях она столкнулась с Фурнье, который нёс чернильницу и бумаги, с Арманом, который спускался узнать, не разрушила ли мать Францию окончательно, и с Эмилией, которая держала в руках зелёную ленту как боевое знамя.За Эмилией, разумеется, была София.За Софией — Изабель.За Изабель — Габриэль.А за всеми ними — Агата, довольная как дьявол после хорошей сделки.Элеонора посмотрела на эту процессию.Потом на Рэйвена.— Ваш последний остаток благоразумия только что привёл подкрепление.— Я вижу.Эмилия подбежала первой.— Мадам де Вальмон! Мы придумали правила клуба!— О нет.— Да!София торжественно раскрыла лист бумаги.— Правило первое: не быть мебелью.Агата тихо сказала:— Прекрасно.— Правило второе: если платье грустит, его надо спасти.— Логично, — сказала Элеонора.— Правило третье: женщина может быть красивой и умной одновременно, даже если кто-то завидует.Фурнье медленно поднял глаза к потолку.Арман отвернулся к окну.Габриэль закашлялся.Рэйвен посмотрел на дочерей так, будто окончательно