запросов».Элеонора медленно выдохнула, расправила плечи и посмотрела на своё отражение в тёмном стекле шкафа.Тридцать девять лет. Тёмно-русые волосы, уложенные в мягкую волну. Серо-зелёные глаза, слишком внимательные для романтического бизнеса. Тонкое лицо, дорогая помада цвета спелой вишни, шёлковая блуза, строгий жакет цвета мокрого асфальта. На шее — маленький кулон в виде сердца, подарок самой себе после операции.Не сентиментальный. Ироничный.Потому что если у женщины стоит искусственный клапан, она имеет право носить сердце на цепочке и смеяться над этим первой, пока не начали сочувствовать остальные.Дверь кабинета распахнулась без стука.— Ты опять разговариваешь с врачом в голове? — спросила Камилла Лефевр, входя с двумя стаканами кофе, папкой под мышкой и выражением лица человека, который уже утром готов уничтожить половину человечества во имя психологической гигиены.Камилла была лучшей подругой Элеоноры, совладелицей агентства, клиническим психологом, обладательницей чёрных кудрей, алой помады и характера, от которого даже самые самоуверенные клиенты начинали сидеть ровнее. Они вместе поднимали агентство с нуля: сначала маленький кабинет над булочной, где зимой мёрзли пальцы, а летом плавился тональный крем; потом две комнаты в старом доме с протекающей крышей; потом первый серьёзный клиент, первая скандальная удача, первые деньги, первая секретарша, первая статья в журнале, где их назвали «женщинами, которые продают любовь богатым».— Я не продаю любовь, — сказала тогда Элеонора журналистке. — Я продаю людям шанс не испортить себе жизнь идиотским выбором. Любовь они портят бесплатно.Статья вышла великолепная.Камилла поставила кофе на стол и прищурилась.— Лицо у тебя такое, будто сердце снова решило напомнить, что оно тут главный акционер.— Моё сердце — миноритарий, — отрезала Элеонора. — Контрольный пакет у меня.— У тебя контрольный пакет только над упрямством.— Неправда. Ещё над сарказмом, клиентской базой и шкафом с шоколадом.Камилла опустилась в кресло напротив, закинула ногу на ногу и открыла папку.— С шоколадом беда. Я вчера проверяла. Там осталось три плитки.— Проверяла или ела?— Диагностировала уровень запасов методом внутреннего анализа.— То есть ела.— Я психолог. Я называю вещи так, чтобы за них платили дороже.Элеонора засмеялась, и смех сразу вернул цвет комнате.Кабинет был её маленьким королевством: высокие окна, книжные шкафы, старинный письменный стол, купленный на блошином рынке и отреставрированный собственными руками, два кресла для