- Это проказа, да? – завизжала его гостья. – Или холера?! Боги, я заболею и умру?! Кто тебя подослал, мерзавка? Или нет, не отвечай, просто исчезни! Виллем, душа моя, немедленно избавься от этого недоразумения и пригласи ко мне лекаря!
И герцог, наконец, отмер.
В два шага он очутился перед Илларитой, схватил её руку и поднял повыше, рассматривая.
- И… давно это у тебя? Дедея, помолчи!!!
Визг прекратился.
- Несколько дней, - ответила Илларита. – Было лучше. Наверное, это из-за едкого мыла.
Его светлость скрипнул зубами:
- Едкое мыло? И… кто тебе его дал?
- Никто. Я просто мыла посуду…
- Иди к себе, - буркнул герцог.
- Милый, ты что, не прогонишь её? - всхлипнула Дедея. – Но как же я? Вдруг это зараз…
- Дедея, тебя это тоже касается – иди к себе, - рыкнул Виллем. – И не выходи, пока не позо…
И это последнее, что Илларита успела услышать, прежде чем за ней закрылась дверь.
- А где посуда? – ома встретила её уже у лестницы. – Вы что, оставили всё там? Или его светлость послал вас за добавкой?
И только тут она обратила внимание на руки Иллариты без перчаток.
- А где… Зачем вы их сняли?
Лари, не останавливаясь и ничего не объясняя, прошла мимо. И Теофана припустила следом:
- Леди, да подождите же! Вы не должны меня игнорировать, когда я задаю вопросы! Куда вы? До конца дня ещё далеко, и я вас не отпускала!
- Его светлость приказал мне уйти к себе, - на ходу объяснила Илларита.
- А-а! Ну тогда ладно, - обескуражено пробормотала экономка.
И отстала.
Ларита дошла до своей комнаты и первым делом направилась в купальню. Там она сполоснула горевшие огнём кисти, потом осторожно промокнула их полотенцем.
Жжение несколько уменьшилось, но не прошло совсем.
Устало вздохнув, девушка присела у стола, опустила голову на сложенные крест-накрест руки и ненадолго провалилась в забытьё.
- Леди! – непривычно-подобострастный голос экономки вернул в действительность. – Лекарка пришла. Покажите ваши… повреждения.
Лари открыла глаза и выпрямилась – кроме омы в комнате находилась незнакомая женщина: среднего роста, телосложения и возраста, одетая в тёмное платье. Волосы незнакомки были спрятаны под чепец, в руках корзинка. А ещё от женщины шёл довольно приятный аромат скошенного луга с тонким цветочным шлейфом.
- Ясного дня, миледи! – неожиданно звонким голосом поздоровалась она. – Я – Каррина, травница. Покажите, что с вашими руками? Ома Теофана сказала, что они пострадали от мыла для посуды?
Опальная герцогиня молча протянула к ней обе ладони.
Лекарка бережно взяла её правую руку за неповреждённое запястье и, осторожно поворачивая, внимательно осмотрела. Потом то же самое проделала с левой. Затем провела пальцем по коже на тыльной стороне кисти и чуть дальше – по предплечью.