Чувства обострились.

Приморский азиатский городок обрушился на рецепторы. Жара, палящее солнце, толпы людей на тротуарах. Беспорядочное движение на многополосной трассе. Гудки машин, крики и ругань, мелодичный язык. Нагретый асфальт. Переплетения проводов над головой. Уличная забегаловка, ароматы готовящейся еды. Иероглифы вывесок. Крутящий педали велорикша.

Ткань мироздания.

Существо искало плоть. Эта плоть приняла беглый разум и отправилась куда-то очень далеко. Нужно установить — куда. Нужно доставить себя в это место и уничтожить разум. Не дать ему ускользнуть.

Оболочки теперь не важны.

Настройка сознания. Существо рыскало во всех диапазонах реальности, улавливая ментальные следыобразца . Тяжело. Беглеца кто-то привёл в этот мир. Кто-то умный, владеющий основами безопасности. Они прятали слепки, маскировали запахи, усложняли задачу. Даже факт пребывания оставался под вопросом.

Внутри существа зрел голод.

Оно было хищником, пожирающим память, опыт, воспоминания. Оно чувствовало зависимость, ему хотелось свежего восприятия. Стать на долю секунды ещёкем-то . Вот что заложено в коде мудрыми творцами.

Нельзя успокаиваться.

Искать.

Существо выжало рукоятку сцепления своего байка и рвануло с места на первой передаче. Быстро влившись в транспортный поток, оно превратилось в живую клетку механистического тела. Добавив газу, существо ускорилось. У него был хороший байк. Мощные колёса, тысяча кубов, перевёрнутая вилка.

Байк для доброй охоты.

6

Туман рассеялся, и Клим увидел комнату/не комнату.

Объяснитьэто привычным языком было невозможно. Условные стены, обозначенные прямыми линиями. Стеклянный куб? Нет, стекло отсутствует. За условными гранями простирается космическое пространство. Ты видишь россыпи огней, как если бы летел ночью над многомиллионным агломератом. Приходит понимание, что звёзды — это ресурсы. Каждый огонёк имеет собственные координаты. И если ты не владеешь информацией, то навеки останешься в комнате/не комнате.

Ты разжимаешь кулак.

Распрямляешь скомканную бумажку. Читаешь символы, твои губы непроизвольно шевелятся. И — мгновенный переход. Новое место, иное время.

Лестницы.

Эшеровские головоломки, замкнутые в себе. Ты спускаешься по ступеням, возвращаешься в прежнюю точку. Поднимаешься — тот же эффект. Пробуешь представить другую локацию, но ничего не происходит. Хронопоток застывает янтарным безумием.

Тебя окликают.

— Эй! Что ты здесь забыл?

Вот так Клим впервые и встретился с легендой. Все называли этого парня Торином. Клим увидел рослого гнома с длинными волосами и впечатляющей бородой. Поверх кольчужных доспехов была наброшена шуба. В одной руке гном держал странноватый меч, часть гарды которого отсутствовала. Лезвие тоже имело необычную форму. С одной стороны — прямая линия, с другой — плавный изгиб. Оркрист, догадался Клим. В левой руке гнома, в полном соответствии с образом, находилось дубовое полено. Торин держал полено за сук, расположив вдоль локтевого сгиба.