Слухи поползли с новой силой. Но теперь это были не сплетни о «колдунье», а истории о «чудесном исцелении». К нам потянулись другие. Сначала крестьяне, потом зажиточные ремесленники из ближайшего городка. Их не смущала моя молодость или пол. Их смущала болезнь, а официальная медицина в лице мастера Оливера и ему подобных им не помогала.

Как-то раз ко мне приехал купец с подагрой. Он сидел в своем дорогом экипаже, с трудом передвигая распухшие ноги, и смотрел на мою скромную лечебницу с нескрываемым скепсисом.

— Жена упросила, — буркнул он. — Говорит, вы сына лорда от смерти спасли. Ну, посмотрим.

Я прописала ему строгую диету, отвар из черной смородины и ту самую согревающую мазь с розмарином и перцем, что помогла управляющему Лорену. Через две недели он зашел ко мне уже без экипажа, опираясь на резную трость, но с улыбкой на лице.

— Да это просто волшебство, миледи! Двадцать лет мучился, а тут... как рукой сняло! Оливер мне только кровь пускал да пиявок ставил, а толку – ноль.

Именно после его визита атаки со стороны официальных медиков усилились. Сначала аптекарь в городке отказался продавать мне некоторые травы, ссылаясь на «дефицит». Потом цирюльник, промышлявший кровопусканиями, пустил слух, что я «покушаюсь на божий промысел» и лечу «нечистыми методами».

Как-то вечером, когда я проверяла запасы в аптеке, ко мне зашел Эдмунд. Он выглядел усталым, но довольным.

— Слушал сегодня городские новости, — сказал он, снимая плащ и разглядывая полки с склянками. — Гильдия цирюльников и аптекарей официально объявила тебя «нежелательным элементом» и постановила не иметь с тобой дел.

У меня похолодело внутри. Это был серьезный удар. Без доступа к травам и базовым средствам я была бессильна.

— И что же мы будем делать? — тихо спросила я.

Эдмунд повернулся ко мне, и в его глазах вспыхнул тот самый стальной огонек, который я видела в день нашего знакомства.

— Мы? Ничего, — он усмехнулся. — Потому что у гильдии нет власти на моей земле. А все, что тебе нужно, мы будем закупать через моих агентов в столице. Или выращивать самим. У нас для этого есть зимний сад и твои знания. А что касается их бойкота… — он пожал плечами, — посмотрим, как долго он продержится, когда их же богатые клиенты начнут требовать «мазь леди Калдвелл» или «сироп от кашля по рецепту Анны».

Его уверенность была заразительной. И он оказался прав. Бойкот постепенно сошел на нет. Слишком много людей, в том числе и влиятельных, теперь были обязаны мне своим здоровьем. А титул моего мужа был тем щитом, о который разбивались любые открытые нападки.