Он обнял меня, и это не было объятием страсти или требования. Это было пристанище. Крепость. Я прижалась к его груди, слушая ровный, сильный стук его сердца под тонкой тканью рубахи. Он пахнул теплом, кожей и чем-то неуловимо родным: запахом дома, которого у меня никогда не было.
И постепенно, под этот размеренный ритм, дрожь в коленях утихла. Тревоги и переживания последних месяцев, страхи за будущее, груз ответственности – все это медленно отпускало, растворяясь в тепле его рук и в тихом шепоте ночного ветра за окном. Я позволила себе отпустить все. Позволила себе просто быть. Просто Анной. Счастливой. Любимой. Женщиной.
И в этой тишине, в этом лунном свете, не было ни тени сомнения. Только мир. Глубокий, всеобъемлющий. И тихая, всепоглощающая радость, что наконец-то, после скитаний в чужом теле и в чужом времени, я нашла свой дом. Не в стенах поместья, а в сердце этого сильного, удивительного человека. Мое путешествие, наконец, завершилось. Или только началось.
Глава 28
Пасмурное декабрьское утро не помешало нашему привычному ритуалу: завтраку в столовой, наполненному той самой непринужденностью, которой я не могла нарадоваться.
Артур с важным видом рассказывал о планах на урок с гувернером, а Эдмунд, отодвинув пустую тарелку, просматривал утренние донесения управляющего. На нем был простой, но безупречно сидящий по его фигуре дублет из темно-зеленого сукна, напоминающий укороченный камзол без воротника. Сквозь расстегнутый верх был виден белоснежный край рубашки. В этой будничной, но подчеркнуто мужской элегантности он выглядел особенно притягательно.
Я уже собиралась подняться, чтобы проверить, все ли готово у Артура к занятиям, когда дверь приоткрылась, и на пороге возникла Ильза. Она замерла в почтительном поклоне, дожидаясь разрешения войти.
— Войдите, Ильза, — кивнул Эдмунд, не отрывая глаз от бумаг.
— Миссис Анна, прошу прощения за беспокойство, — тихо, но четко произнесла она. — Подвезли те стеллажи для сушеных трав, что вы ждали. Мастер-плотник просил уточнений по размещению.
Предвкушение, острое и живое, тут же вытеснило утреннюю расслабленность. Сегодня мы с Эдмундом должны были окончательно обустроить кабинет.
— Спасибо, Ильза. Я сейчас подойду.
Проводив Артура в библиотеку к гувернеру и лично убедившись, что мальчик, сияющий и здоровый, с головой ушел в изучение карты звездного неба, я поднялась в свои покои. Декабрьский мороз крепко сжимал поместье в ледяную хватку, и для визита в еще не протопленную должным образом лечебницу следовало одеться соответственно.