Кожу на ладони тут же содрало до мяса, пальцы обожгло дикой, режущей болью, но мне было абсолютно плевать. Горячая кровь брызнула по серому граниту, но древний, первобытный страх заставлял меня цепляться за этот крошечный выступ как безумную. Я хотела жить. Физически, отчаянно, ради детей. Я обязана была выжить!

Я попыталась дотянуться до спасительного уступа второй рукой, подтянуться, но тщетно. Оглушительный рев реки Рион доносил сюда плотную водяную завесу, и гранит под моими пальцами был скользким, словно покрытый льдом. Пальцы беспомощно проскальзывали. Мое плотное, тяжелое дорожное платье стремительно впитывало ледяную влагу, тяжелея с каждой секундой. Намокшая ткань превратилась в многопудовый якорь, который безжалостно тянул меня обратно в ревущую, разъяренную пасть бездны.

Вскинув голову вверх, в безумной надежде найти хоть какую-то опору или помощь, я увидела их. На самом краю обрыва, прямо надо мной стоял Эдмунд. К нему медленно подошла Алисия.

— Алисия! — закричала я в диком отчаянии, срывая голос и пытаясь перекричать грохот водопада. — Алисия, помоги мне!! Умоляю, руку!!

Но слова застряли у меня в горле. То, что я увидела, заморозило кровь в моих жилах быстрее, чем ледяные брызги реки.

На красивом лице моей лучшей подруги не было ни капли страха. Ни тени шока. Она не бледнела, не кричала от ужаса и не звала на помощь. Алисия спокойно, пугающе буднично сделала шаг вперед и подошла вплотную к моему мужу. И Эдмунд — мой нежный, ласковый Эдмунд, который обещал стать моим щитом, привычным, собственническим жестом обнял её за талию, крепко прижимая к своему боку.

Весь мой мир, построенный на доверии и любви, в секунду разлетелся вдребезги. Алисия не была случайной свидетельницей. Она была соучастницей.

Они просто стояли на скале у самого края, тесно прижавшись друг к другу. Два самых родных человека, которых я впустила в свой дом и в сокровенные уголки своего сердца. Они не шевелились. Они просто молча, с холодным любопытством смотрели сверху вниз на то, как мои окровавленные пальцы окончательно соскальзывают со скользкого камня.

В следующую секунду истерзанные пальцы сорвались.

Короткий свист горного ветра в ушах прекратился мгновенно. Мое тело с размаху, сокрушительно впечатало в воду. Удар о бешено мчащийся поток был такой силы, словно я со всего маху рухнула на каменную мостовую. Из легких вышибло последние крохи кислорода, спину и затылок обожгло неописуемой, разрывающей вспышкой боли.

Меня тут же подхватило и закрутило в яростном, ледяном водовороте. Река Рион праздновала победу, швыряя меня из стороны в сторону, как тряпичную куклу. Как я ни пыталась зажать рот, отчаянно задыхаясь, бурлящая, ледяная вода всё равно безжалостно прорывалась внутрь, заполняя рот и нос, выжигая легкие холодом. В панике я пыталась грести, рвануться вверх, к спасительной поверхности, чтобы сделать хотя бы один единственный вдох… но безжалостная стихия оказалась сильнее. Меня неумолимо тащило на дно.