Все присутствующие воззрились на меня. Леди Маргарет Эрскин шепнула что-то Морэю. При этом оба они смотрели на Нико. Было очевидно, что весть о том, что он приходится королеве двоюродным братом по линии Гизов, порадовала далеко не всех. И весть о том, что он собирается жениться на мне, тоже.
— И чья же это свадьба, мадам? — как ни в чем не бывало спросила я.
— Мэри Ливингстон выходит замуж за Джона Семпилла из Белтриза в последний день масленицы, то есть через четыре дня, и, по-моему, они еще слишком долго мешкали.
Все фрейлины разразились восклицаниями притворного протеста, причем Мэри Ливингстон негодовала громче всех. Молодой мастер Семпилл, который так забавно танцевал в роли Тепрсихоры в маскарадном представлении об Аполлоне и музах столько времени назад — неужели с тех пор прошло уже почти три года? — взял свою возлюбленную за руки и прижал их к сердцу.
— Я не смог бы мешкать долее, — с чувством произнес он, — потому что люблю ее так сильно.
Дамы зааплодировали ему. Мэри Ливингстон вознаградила его поцелуем в губы. Трое или четверо наиболее дерзких джентльменов расценили этот поцелуй как знак того, что и им можно поцеловать ближайшую к ним даму, желает она того или нет. Послышался звонкий смех и одна не менее звонкая пощечина.
Они были, как дети, играющие во взрослую жизнь, словно это было всего лишь маскарадное представление. Хоть один из них когда-нибудь страдал, или голодал, или горько плакал, или выдержал десятидневную поездку верхом по декабрьскому морозу? Неужели и я когда-то была частью их беззаботного мирка? Да, была, но это было как будто в другой жизни. Но я все же подошла к Мэри Ливингстон и обняла ее. Она была моей первой подругой при дворе, и я от всей души желала ей счастья.
— Я так рада, что королева пригласила меня обратно ко двору как раз перед твоей свадьбой, — сказала я. — Но даже если бы она не сказала мне, что ты выходишь замуж, я бы все равно догадалась — ты буквально светишься от счастья.
Она тоже обняла меня и поцеловала в обе щеки.
— Я действительно очень счастлива — спасибо тебе на добром слове, душечка. Ты приехала как раз вовремя, чтобы поспеть на свадьбу. Королева подарила мене на свадьбу видимо-невидимо локтей розового атласа и несколько сотен жемчужин и еще много серебряного шитья для головных уборов. Я скажу своим швеям, чтобы послали тебе материи и жемчуга на новое платье.
— Спасибо тебе, — я наклонилась к ней и шепотом попросила: — Расскажи мне про лорда Дарнли.
Она округлила глаза.
— Королева от него без ума. Если не считать сьёра Нико, он единственный мужчина, достаточно высокий и достаточно сильный, чтобы как следует поднять и крутануть ее в танце.