Сергей, вспомнив, как Машег лихо «договаривается» с лошадьми, предложил другу попробовать как-то упростить задачу, но получил отказ.

«Я, может, и пройду, — сказал хузарин. — Может, даже и тебя провести смогу, но не этих медведей».

Вывод: всё плохо. Ни к лагерю всей толпой скрытно не подобраться, ни к городу.

Шанс только один: если рвануть сразу всей силой к заранее открытым воротам.

Такое может получиться. И именно за этот вариант ратовал Торбьёрн.

Харальду план не нравился. Харальд жаждал битвы, разгрома врагов и делёжки трофеев. И не он один. А оказаться внутри городских стен и ждать, пока враг снимет осаду, радости мало.

Однако и терять людей, вступив в бой, который не выиграть, ярл не хотел.

Он уже склонялся к мысли вернуться на корабли и уйти восвояси с тем, что уже добыто.

Однако такой вариант категорически не устраивал уже Сергея, который не мог бросить Рёреха на произвол судьбы и осаждающих город хузар.

Так что пока хёвдинги, хольды и гридни переливали из пустого в порожнее, Сергей шерстил свой богатый боевой опыт в поисках эффективного решения.

И он его нашёл.

Сухая трава вспыхивает мгновенно. Пожар в степи — смерть для всех, кто не успел убежать. В степи провернуть такое Сергей бы не рискнул. Но в окрестностях Самкерца разгуляться огню было негде. Здесь и трава другая. Не трава даже, а так, щетинка. По-настоящему гореть может только кустарник, но его немного. Однако если правильно поджечь, огня и дыма будет более чем достаточно. Достаточно для того, чтобы хузарские лошади среагировали именно так, как и положено степным лошадкам: кто не бежит, тот сгорит.

Нурманы подожгли кустарник сразу в дюжине мест. Треск огня, языки пламени, запах гари… Этого оказалось достаточно, чтобы унюхавшие дым табуны в ужасе бросились прочь. Всё равно куда, лишь бы подальше от огня. И, разумеется, на пути у них чисто случайно оказался хузарский лагерь. Не ограждённый и не защищённый. Зачем ограждаться-то? Всадникам нужен простор, а не стены.

Точно. Лошадкам тоже нужен простор. Особенно перепуганным.

Сергей с Машегом вперёд не рвались. Хотя могли бы, потому что в общей суматохе сумели обзавестись коняшками. Причём взнузданными и осёдланными. Раньше это были лошади пастухов. Теперь пастухи отправились к Великому Небу, в Рай или ещё куда-нибудь согласно вероисповеданию. В любом случае лошадки им уже были не нужны. Там у них будет другой транспорт. Наверное.

Охваченный ужасом тысячный табун — как цунами. Остановить невозможно. Единственное спасение — забраться повыше.

Но хузары не были бы степняками в…надцатом поколении, если бы не попытались.