Будто сказку рассказывает.
И слушают все, очарованные. Вон Милдред чуть наклонилась, не замечая насмешливого взгляда. И предвкушения в нем.
— Стеллеровы русалки… условно разумные, кстати. Но истребленные переселенцами, как были истреблены и другие. Кто-то из-за страха, кто-то из жадности. А кто-то просто потому, что люди меняют мир. И мест силы, в которых могут обитать существа, по сути, частью силы являющиеся, остается все меньше. Как и самой магии… — это было сказано с грустью. — Мы убиваем себя. Это данность, которую давно приняли и осознали. Да, пытаются изменить, но… медленно. Однако дело в том, что в местах, где обитают магические звери, само поле нестабильно. Мир более жив, чем где бы то ни было, и наш убийца это знает. Живая сила меняет не только пространство. Она искажает следы. Она переворачивает все наизнанку…
Драконы, значит.
Что ж… если понадобится, Лука лично допросит каждого жителя этого сраного городка. И сам городок перетряхнет.
— Я одного не понял, — сказал он нарочито грубо. — Агент ваш где?
Глава 27
Томас шел по дороге, прислушиваясь к тишине. Относительной.
В жухлой траве стрекотали кузнечики. Где-то неподалеку чирикала птаха. И в ветвях деревьев остались еще листья. Ненадолго.
Осень приходит на побережье с моря, он помнил. Она приносит студеный ветер и лед, что не просто покрывает песок, он пропитывает его на дюйм или два, и дороги становятся скользкими. Их посыпают песком, но ветер приносит дождь и морскую воду, пропитывая этот самый песок, а после примораживая к дороге.
В предпоследний год мамаша сломала руку и разозлилась отчего-то на Томаса, который должен был сходить в лавку за мукой, а вместо этого сбежал. К приятелям.
Она злилась долго, надуваясь обидой, становясь огромной, больше себя обычной, и раздражительной. И эта ее обида заставляла Томаса чувствовать себя виноватым.
Впрочем, поротая задница чувства вины убавила.
Он остановился там, где дорога делала поворот. Посмотрел на часы. Поморщился. Скоро вертолет приземлится и шериф встретит настоящих агентов — самого Томаса он явно полагал все тем же глупым мальчишкой, который пугал свиней и подкладывал вонючие бомбы в стол мисс Уильямс.
Вот и аллея. Деревья.
Красивые. Листва побурела, а они все равно красивые. И растут только здесь. Дорога желтым камнем выложена, и ступать на нее отчего-то страшно. Но Томас преодолевает страх. И где-то неподалеку рвется невидимая струна, бьет по ушам наотмашь, заставляя хмуриться.
Дышать. Надо дышать глубже. Спокойней.
Защита?
Нет, было бы предупреждение. По закону положено предупреждать о наличии магической защиты. Или Эшби закон не писан?