Должно быть, прошло какое-то время, прежде чем я смогла открыть глаза и по-настоящему очнуться. Сияние, ослепившее меня, понемногу рассеялось, оставив только теплый свет лампы под абажуром и склонившееся надо мной лицо. Нет! Не может быть…

- Софья, милая, дорогая! – шептал Михаил, и его глаза в полумраке комнаты сияли, будто две звезды.

- Ты жив! – только и смогла сказать я, а потом замолчала.

- Пойдем, Розанов, - послышалось откуда-то слева, послышались шорохи, и два темных силуэта растворились в неосвещенном коридоре.

- Конечно, жив! – сказал он, целуя мою руку, - я ведь сказал, что вернусь. Правда, вышло позже, чем обещался. Приезжаю – а тут ты заболела.

В моей голове так некстати пронеслась мысль о том, что мы с Михаилом, совершенно не сговариваясь, стали говорить друг другу «ты», - этот внезапный переход, впрочем, спас нас от ненужных расшаркиваний и церемоний.

- Не знаю, заболела ли, но чувствую я себя и вправду более чем ужасно с самого утра. Розанов так и не определил природу этого жара, правда, к вечеру мне стало немного полегче, пока Татьяна не пришла с этими своими вестями.

- И ты подумала, что это меня убили? – спросил он. Я кивнула и сильнее сжала его руку.

- Маргарита нашла меня в управе, я как раз только что вернулся в Пореченск и собирался заехать к вам. Но задержался я не потому, что что-то случилось в Омске и даже не потому, что по дороге заезжал в трактиры – вовсе не заезжал, - он слегка усмехнулся, - задержался я как раз потому, что это именно я нашел на дороге убитого человека.

- Но как же… - только и сказала я, не в силах произнести еще хоть что-то.

- Представь себе… - он закивал, - Мы едем по темноте, уже совершенно уставшие. И я еще ничего, а вот Порфирий совсем сонный. Я даже предлагал ему поменяться местами, но он отверг мои предложения. Вот едем мы, над санями качаются наши фонари, и тут Порфирий останавливает сани, и так резко, что я едва не пробиваю головой потолок. Лошади, конечно, тоже не поняли, что произошло. Тут я открыл окно и задал Порфирию вопрос о том, что это он такое творит. Оказалось, что по пути следования до Пореченска мы наткнулись на труп, лежащий прямо на дороге. Ты уж прости, что я все это рассказываю тебе, когда ты в таком состоянии, но о трупе Татьяна тебе уже поведала, хотя и не все, потому что продолжение истории ей известно не было. Или, может, лучше, если я расскажу обо всем позже? – он заглянул мне в глаза, но я покачала головой.

- Нет уж, что я, о трупах раньше не слышала? К тому же, мне немного легче теперь, когда ты здесь, а потому лучше говори сейчас.