Вита не повернула головы, уткнувшись носом в одеяло.
— Я не хочу, Вадим, правда.
— Надо, Вита. Хоть чуть-чуть. — Я сделал шаг ближе, но не стал нависать. — Пошли, составишь мне компанию. Или сюда принести и покормить тебя?
Она вздрогнула и резко села.
— Нет! Мне не настолько плохо, я сам могу.
— Сама, — поправил я мягко.
— Сама, точно. — Она сглотнула, избегая моего взгляда. — Иди, я скоро. Мне в ванну ещё нужно… — Она опустила глаза, пальцы нервно теребили край одеяла.
— Давай. Жду тебя.
Я вышел на кухню. Сервировал стол. Две тарелки, две ложки, хлебница. Как обычно делает она. Для себя бы я не старался. Но сейчас важно было сохранить иллюзию нормальности. Щёлкнул чайником.
Ели молча. Звук ложки о керамку казался слишком громким. Вита ковыряла еду, съела пять ложек и отодвинула тарелку.
— Всё? — спросил я.
— Не лезет.
Она встала, чтобы заварить чай.
— Давай я сам, — я подорвался со стула, инстинктивно преграждая ей путь к плите.
— Вадим, мне легче, — она устало улыбнулась, и эта улыбка вышла кривой. — Почти не болит. Всё нормально.
Мы сидели на кухне. Я пил чёрный кофе, она — чай. Пар поднимался от чашек, создавая зыбкую завесу между нами.
— Вита, — начал я, отставляя кружку. — Что делать будем после твоего дня рождения?
Она замерла, глядя в стол.
— Не знаю. Нужно, наверное, возвращаться. А там… как пойдёт. — Она помолчала. — Не могу же я всё время прятаться.
— Я когда узнал, кто ты, знакомых подключил, — сказал я спокойно, наблюдая за её реакцией. — Там сейчас врача твоего недоделанного прессуют. Но он пока молчит, не сдаёт опекуна.
Вита резко подняла голову. Глаза округлились, зрачки расширились.
— Что?
— Ты не переживай. Они не знают, где ты. Москва работает, их не купят. — Я наклонился чуть вперёд, чтобы поймать её взгляд. — И по головке того, кого купили, они тоже не погладят. Но нужно время.
— Они мне всё равно жизни не дадут, — её голос дрогнул, в горле заклокотало. — Если их не посадят…
— Чтобы тебя обезопасить, есть вариант. Предлагают замуж тебе выйти. — Я выложил это как факт, без лишних эмоций. — Муж будет иметь возможность тебя защищать как родственник. Чтобы не повторился эпизод с клиникой этой...
— Замуж? — она моргнула, будто не расслышала.
— Угу. Есть кто на примете? — спросил я, и внутри неприятно кольнуло. — Нужен человек, которому ты будешь доверять на сто процентов.
Она замялась.
— Есть один… — прошептала она. — Но я не хочу его просить, это перебор.
Она смотрела на меня своими глазищами, большими и влажными.
Есть. У неё есть такой человек… Блять.
Я сжал челюсти. Ревность? Нет, сейчас не до неё. Сейчас проблему нужно решать.