Он смотрит на байк с гордостью. Я смотрю на него.
Сглатываю ком в горле. Надо спросить. Надо знать, насколько моя мечта далека от реальности.
— Сколько такой будет стоить после ремонта? — спрашиваю, стараясь звучать небрежно.
Вадим бросает на меня быстрый взгляд. В нём что-то мелькает, но я не успеваю прочитать.
— Этот не на продажу.
Фраза повисает в воздухе, тяжёлая и окончательная.
— М-м... понятно, — выдыхаю я, опуская глаза на свои ботинки.
Вздыхаю тихо, чтобы он не услышал. Не на продажу.
Но сдаваться рано.
— Можно я с тобой его до конца доведу? — спрашиваю с надеждой, поднимая взгляд. — Помогу собрать.
Вадим замирает с тряпкой в руке. Смотрит на меня чуть дольше обычного.
— Можно. Пошли, отмываться.
Я привожу себя в порядок. Я-то отмылась быстро, почти не выпачкалась. А вот у Вадима руки реально не отмываются. Масло въелось в поры, в линии на ладонях. Чёрные следы остались, как печать профессии. Я смотрю на его руки, когда он моет их, и понимаю: это часть его. Часть того мира, в который я так хочу войти.
Возвращаемся в салон клиентской зоны. Он уходит в кабинет оформлять заказ.
Я сижу, туплю в окно.
Интересно, сколько мне нужно работать, чтобы хватило на такой байк? Год?
А если я верну своё наследство? Мысль проскальзывает неприятным холодком. Я всё равно хочу именно этот, хотя можно будет выбрать вообще любой. За любые деньги и любую модель. Но тогда это будет просто покупка. А так... так это будет достижение.
— Чего задумалась, малая? — голос над ухом заставляет вздрогнуть.
Андрей стоит рядом, улыбаясь. Он вечно меня звал малым, когда я только пришла. Теперь переключился на малую. Свойский такой, старший брат по цеху.
— Как думаешь, я смогу водить байк? — поворачиваюсь к нему. — Только честно.
— Сможешь, а почему нет? — он пожимает плечами, будто это очевидная вещь.
— Сам сказал в первый день, что я байк даже развернуть не смогу, — дую губы от обиды, вспоминая его скепсис.
Андрей хмыкает, присаживаясь на соседний стул.
— Ну, не сможешь — и не надо. Вадим всё за тебя сделает. Он тебе на что?
Я замираю. Сердце делает лишний удар.
— А Вадим тут при чём?
Андрей смотрит на меня с прищуром, словно оценивая масштаб катастрофы.
— У-у-у, как у вас всё запущено, — протягивает он.
— В смысле? — я напрягаюсь.
— В карамысле... ой, ладно, не лезу, — он поднимает руки в защитном жесте, поднимаясь со стула. — Сами разберётесь, не дети.
Он уходит, оставляя меня в одиночестве с гулом в голове.
— Не поняла, — шепчу я пустоте. — Это что сейчас было?
Смотрю на закрытую дверь кабинета, где остался Вадим. Что Андрей имел в виду? Что Вадим будет учить меня? Или... что-то другое?