– Оборотни. – Пробормотала вслух, чтобы как–то вернуть себя в реальность. – У нас тут оборотни.
Косматый волк дернул ухом, отмечая мое присутствие. Повернул морду. Осклабил окровавленную пасть. Пахнуло мокрой собачьей шерстью. Фигура животного задрожала, бугрясь и меняя форму. Бесцветное желе хлынуло в стороны, мгновенно тая на пожухлой прошлогодней листве. И снова красная мантия. Только на этот раз, девушка, прятавшаяся под ней, поднялась с колен, ладонью смахнула красные разводы с лица, провела рукой по «ежику» темных волос и устремила на меня взгляд желтых глаз. Один из них казался ярче другого за счет то ли черной подводки, то ли татуировки, украшающей скулу.
– Можно без оскорблений? – попросила она хриплым меняющимся голосом, который с трудом справлялся с речевым аппаратом, еще не до конца изменившейся гортани.
– О, Атрос. – Ошарашенно пробормотала я. – Демоны меняются в животных. Драконы в драконов. А мы–то что умеем?
– Портить другим жизнь, – отозвалась снизу девушка. Она приблизилась к поверженному противнику, пошарила по ее карманами и вытащила наружу две карточки: голубую и золотую. – Проклятье! – Зло сплюнула, забирая добычу себе. – Что за невезуха. Эй! А у тебя что?
– Золотая, – поспешила продемонстрировать я свой билет. – Мантикора жива? – указала я пальцем.
– Не тронет. – Девушка с досады пнула ногу павшей кандидатки. Та тихо застонала. Волчица же раздула ноздри, с шумом втянув воздух, и, цепляясь за торчащие корни деревьев, принялась подниматься ко мне наверх.
– Попробуешь отобрать или напасть – горло перегрызу, – предупредила она.
Я в мирном жесте подняла ладони вверх, отступила назад и предложила:
– Слушай, может перекинемся парой слов?
– О чем бы? – отозвалась та, ловко карабкаясь по крутому склону. – Я тебя не тронула только потому что на старших нападать как–то невежливо. Не привыкла я. Не по нашим традициям. Но попробуй рыпнуться, и я не постесняюсь поступиться и этим принципом.
– Взаимопомощь с карточками, – я отшатнулась, когда девушка ловко преодолела последний метр и буквально запрыгнула на пригорок.
– Моя подходит тебе, но твоя не подходит мне, – глянула она на меня исподлобья. Черная татуировка под глазом обрела вид, напоминающий плетение. – Не о чем говорить.
Она покрутила головой, разминая шею. Слизь почти полностью растворилась, а вот собранная по пути грязь плотно въелась в грубое сукно ее костюма.
– Я не предлагаю отдать ее. – В голове наконец щелкнуло что–то толковое. – Я предлагаю помочь решить загадку на ней.
– Даже если так, мне нечем тебе ответить. Я ничего не понимаю в драконьих заморочках, а в благотворительность не верю. Держись подальше, договорились?