Не увидела.
Девчонка на удивление двигалась хорошо. Почти профессионально. Прям до обидного. В чем–чем, а в сражениях на мечах я разбиралась. Лично тренировала отстающих Избранных. Все используемые Шарлоттой приемы, связки и уклонения были мне знакомы, как и ее специфический подход к дуэли.
Возможно, дело в настойке (не алкогольной, клянусь черствым сердцем Клода), но некоторые странные мелочи, которые я предпочла игнорировать, выстроились в неприятно ровный аккуратны рядочек.
– Я еще вернусь, не расслабляйтесь. – Предупредила лекаря драконов, покидая скамейку. – Надо поболтать кое с кем.
– Лоиз, как жизнь? – Бодро поприветствовала я кандидатку.
На брючном костюме воительницы виднелись потертости, следы крови и будто бы обрывки чьей–то плоти.
– Продлится дольше твоей, Дробь. – Лисьи глазки поднялась, выпрямилась во весь рост и одарила сочной порцией презрения. Сталь в ее голосе была крепче той, что в руках. Сегодня я возьму реванш.
– Ого, – отшатнулась я, не ожидавшая подобного приема. Впрочем, бравада девушки была оправдана. Мой меч остался торчать вбитым между плит, а она своим пару часов назад успешно отбивалась от чудища. – Да, ты похожа на того, кто умеет махать этой штукой.
– Меня тренировали лучшие мастера. – Не без гордости отозвалась Лоиз.
Маня тоже, но толку?
– И ты, наверное, тоже кого–то тренировала? – выдвинула я предположение.
Девушка усмехнулась, бросив самодовольный взгляд на парящую платформу.
– Дала ей пару уроков. У Шарлотты природный талант.
– То есть, ты тренировалась долгие годы с профессионалами, а Шарлотта в третий раз взяла в руки меч и с легкостью теснит подготовленную соперницу?
Мимолетное сомнение обозначилось в карих глазах, но, непривыкшая сдавать позиции, Лоиз выдвинула свою теорию:
– Она тонко чувствует Предназначение.
Такое может быть? Может.
– Я как–то не обращала внимания, но ты очень хорошая подруга. Как человек – так себе, а как спутница для главной героини – самое то. – Протянула я, заново составляя профиль темноволосой кандидатки. – Сильная. Смелая. Готовая отстаивать субъективную правду в ущерб здравому смыслу.
Девушка сощурилась.
– Не знаю, чего ты добиваешься, но попытка морального давления делает тебя еще более жалкой и ничтожной, чем ты есть. Священный поединок – сложнейшее из испытаний. Его не пройти обманом или с чьей–то помощью. – Стрельнула она взглядом сначала в сторону эрм Амаранта, потом в Виоланту. – Не позорься, кандидатка. Вон обрыв. Прими поражение достойно. Закончи Восхождение до того, как мне придется испачкать о тебя руки.