— Линия в жёлто-зелёной зоне, — произнёс он негромко. — Не должна быть. Фиксирую.

Эксперт от Гильдии проверил на своём приборе. Кивнул.

— Подтверждаю. Синтетический аналог.

Демидов стиснул челюсть. Я видел, как напряглись желваки, но он не сказал ни слова. Ждал.

Дальше пошло быстрее. Виктор Алексеевич уже знал, что искать, и проверка каждого камня занимала не пять минут, а две. Одиннадцатый — синтетика. Четырнадцатый — синтетика. Семнадцатый, девятнадцатый, двадцать второй, двадцать пятый…

Через сорок минут на столе лежали два ряда. Слева — двадцать камней, прошедших все тесты. Справа — десять, не прошедших.

— Итого: десять из тридцати — синтетические, — подвёл черту Виктор Алексеевич. Голос был ровным, но я заметил, как побелели его пальцы, сжимавшие карандаш. Для геммолога, который ставил свою подпись на сертификатах этой фирмы, результат был личным оскорблением.

Эксперт от Гильдии расписался в протоколе проверки и добавил, не глядя ни на кого:

— Качество имитации — исключительное. Без спектроскопии отличить от природных практически невозможно. Это не кустарщина, а продукт серьёзной лаборатории с оборудованием стоимостью в десятки тысяч рублей.

Демидов молча смотрел на два ряда камней, как смотрит полководец на карту после проигранного сражения. Потом медленно выпрямился и повернулся ко мне.

— Александр Васильевич, — сказал он. — Приношу вам свои извинения. Лично и от имени компании.

Голос был ровный, без дрожи, без заискивания. Для него — потомка уральских горнопромышленников, чья фирма торговала камнями три поколения — этот момент стоил дороже, чем любая неустойка.

— Я устрою полномасштабное разбирательство, — продолжил он. — Каждый сотрудник, от шахты до упаковки. Каждое звено цепочки. Кто-то либо подменил камни на нашем складе, либо помог это сделать снаружи. Я это выясню.

Я кивнул.

— Дом Фаберже принимает ваши извинения, Степан Аркадьевич. Без обид, но я приехал не за извинениями. Мне нужны камни. Настоящие.

Демидов посмотрел на меня — и в его глазах мелькнуло нечто похожее на уважение. Деловой человек ценит делового человека. Особенно когда тот не тратит время на упрёки.

— Пойдёмте, — сказал он. — Покажу вам кое-что.

Мы прошли через лабораторию к ещё одной двери. Эта была тяжелее первой — стальная, с двумя замками и биометрическим сканером. Демидов приложил палец, набрал код, повернул хитрый ключ.

Дверь отворилась.

Помещение за ней не поражало воображение. Бетонные стены, выкрашенные в серый цвет, простые рабочие столы с настольными лампами. Старые, но безупречно ухоженные станки для огранки — дисковые, с алмазными кругами. Приборы для измерений: весы, микроскопы, рефрактометры. Сейфы вдоль стен — тяжёлые, несгораемые, каждый с номером.