— Погоди горячиться. Присядь и припомни свои обещания, — не моргнув глазом, осадила меня Луша.
И тут я вспомнила, как та, другая, обливалась слезами, просила ее присутствовать на венчании, обещала горы золотые и все, что старуха только не попросит. И вот пришел срок платить по счетам. Глупая молодая курица! Никогда не следует давать открытых обещаний. И что мне сейчас с этим делать?
Я послушно вернулась на кровать в ожидании. Впрочем, я уже догадывалась, о чем пойдет речь.
— Дитё ни в чем не виновато. И если послал ее Господь к нам, кто мы такие, чтобы оттолкнуть? Много ли ребенок съедает? Не обеднеем. А за ее спасение нас Боженька отблагодарит. Ты не серчай, Аннушка, но Лизоньку я прошу тебя оставить подле нас.
— Я с ней возиться не буду! — сдавая позиции, я поставила ультиматум.
— А со мной и не надо возиться. Я взрослая. Меня всему мама научила.
Белокурая малявка стояла в дверях, руки в боки и нагло при этом притоптывала ножкой.
— Как ты посмела подслушивать?! — от души рявкнула я на нее.
— Сами виноваты. Орали на весь дом.
— Даже не смей мне выговаривать. Лукерье ты обязана всем, в том числе и тем, что жива до сих пор.
— У тебя бы поднялась рука избить меня, ребенка, так же, как мою маму?
Признаться, я несколько опешила от столь рассудительных речей малявки. В той своей блестящей жизни детей у меня не было. Актерская жизнь ой как непроста. И главный выбор состоит в том, уходить со сцены ради детей или нет. Год-полтора для нас огромный срок. В спину дышат молодые, наглые, готовые на все, чтобы занять твое место. Того и гляди, вернуться будет некуда. Поэтому для себя я выбор сделала в пользу карьеры.
И надо же такому случиться, в новой жизни карьеру у меня отобрали и всучили чужого, вражеского ребенка. Где справедливость? Боги, я к вам взываю!
Следом пришел если не испуг, то недоумение. Как с этой девочкой строить отношения? Сюсюкать мне противно. Говорить как со взрослой? Но она же ребенок.
— Сколько тебе лет? — Ничего не придумав, я перешла к нейтральным вопросам.
— Мне пять, а тебе?
— Не «тебе», а «вам». Разве тебя этому не учили?
— Так сколько? — пропустив нравоучение мимо, Лиза склонила голову набок и прищурилась. Изучает.
— Женщин о их возрасте спрашивать неприлично.
А я тоже умею не отвечать на вопросы.
И дальше, чтобы показать, кто в доме главный, я начала рассказывать про свои планы.
— Итак, слушай меня, девочка, внимательно и запоминай, повторять не стану. Сегодня и завтра мы усиленно собираемся, а послезавтра выезжаем в городок Семёновск, что под Нижним Новгородом. Там у меня имение, и мы будем в нем жить. Пока это все, что тебе следует знать. А сейчас иди.