Я откашлялась, но голос по-прежнему оставался хриплым от долгого бездействия.
– Расчленяя младенцев, вы никого не спасете, Джеб. Теперь все они мертвы.
Он помолчал.
– Мы не отличаем ваших детей от взрослых.
– Знаю.
– Наших детей вы тоже не щадите.
– Но мы их не мучаем. Мы никогда никому не причиняем боль намеренно.
– Вы поступаете хуже. Вы нас уничтожаете.
– А вы делаете то и другое.
– Да, потому что пытаемся найти ответ. Мы должны бороться. Выбор невелик: либо продолжать попытки, либо сдаться и умереть. – Джеб со значением приподнял бровь.
Вот как я выгляжу в его глазах.
Я вздохнула, одним глотком осушила бутылку воды, оставленную Иэном, и прокашлялась.
– Так у вас ничего не получится, Джеб. Вы можете и дальше резать нас на куски, но тем самым погубите множество разумных существ обоих видов. Мы не приемлем намеренное убийство, но наши тела не так уж слабы. Отростки лишь с виду выглядят как тонкие серебристые волоски, на самом деле они сильнее, чем ваши органы. В результате Док расчленяет моего сородича, а тот кромсает мозг носителя.
– Как творог, – мрачно согласился Джеб.
Я поперхнулась.
– Мне тоже тошно об этом думать, – признался он. – Док совсем извелся. Только начинает приближаться к разгадке, как снова упирается в тупик. Он уже все испробовал, чтобы мозги не превращались в кашу, – бесполезно. Ни успокоительное, ни яд на вас не действуют.
– Разумеется, – прохрипела я, содрогаясь от ужаса. – У нас совершенно иной обмен веществ.
– Однажды один из ваших догадался, что его ждет, и взорвал мозг изнутри. Мы ничего не поняли, пока Док не произвел вскрытие. С виду парень просто вырубился.
Надо же, им попалась необычайно храбрая Душа. Я сама на подобное так и не решилась, даже под угрозой пытки. Мне и в голову не могло прийти, что люди попытаются сами извлечь Душу из тела; совершенно ясно, эта затея обречена на провал.
– Джеб, мы сравнительно небольшие и хрупкие создания, полностью зависимые от носителей, которые не желают нашего присутствия. Разумеется, мы выработали определенные меры защиты.
– Ваше право. И все-таки ты должна понять: мы намерены сражаться до конца. Мы не хотим никому причинять боль, но будем продолжать попытки, чего бы нам это ни стоило.
Мы переглянулись.
– Тогда, наверное, меня надо отправить прямиком к Доку под нож. На что я еще гожусь?
– Анни, не говори ерунды. Мы, люди, не настолько прагматичны. В каждом из нас есть и хорошее, и плохое. Плохого, пожалуй, больше. – Я кивнула, но Джеб не обратил внимания. – Мы ценим личность, может быть, даже слишком. К примеру, та же Пейдж… сколькими людьми она бы пожертвовала ради Энди? Если считать всех людей равноценными, ответ покажется бессмысленным. И тебя мы ценим… С человеческой точки зрения это тоже бессмысленно, но среди нас есть такие, для кого ты важнее незнакомого человека. Надо признать, я и сам из их числа. Я считаю тебя другом, Анни. Правда, если ты меня ненавидишь…