Так я прошла или нет?
Боль в груди не стала для меня сюрпризом. Я уже знала: разбитое сердце – не преувеличение.
В ситуации «бей или беги» выбор был очевиден. Поскольку выход из туннеля загораживал Джаред, я метнулась в забитую кладовую.
Коробки захрустели, зашуршали, затрещали, сплющиваясь под моим весом. Я ввинтилась в тесное пространство, протиснулась между твердых ящиков, сминая остальные. Пальцы Джареда царапнули по лодыжке – он попытался схватить меня за ногу. Я лягнула тяжелую коробку, которая упала между нами. Джаред замычал. Горло сдавило от отчаяния; я не хотела причинять ему боль, не хотела нападать. Только скрыться.
Когда шорох коробок стих, я расслышала собственные судорожные всхлипы. Какое унижение! Я была в ужасе от того, что поддалась насилию, пусть даже невольно. Но плакала по совсем другой причине: это оказалась проверка, а я-то, недалекая влюбчивая дурочка, размечталась…
Мелани корчилась в муках; ее боль сливалась с моей. Я страдала оттого, что поцелуй был ненастоящим, а она – потому что ей он показался искренним. Мелани пережила множество утрат, однако впервые почувствовала себя преданной. Да, отец привел к детям Ищеек, но Мелани знала, что это не он. Она ощутила скорбь, но не предательство. Ее отец был мертв, а Джаред – жив и в полном сознании.
Никто тебя не предавал, глупая. – Мне хотелось унять муки Мелани. Ее боль – двойной груз, мне и своей достаточно.
Как он мог? Как?! – причитала она.
Мы обе рыдали, не помня себя от горя, но тут прозвучало одно-единственное слово…
Из коридора раздался голос Джареда – надломленный, почти детский:
– Мел?
Глава 30 Сдержанность
– Мел? – повторил он, тщетно пытаясь скрыть надежду в голосе.
У меня перехватило дух от рыданий.
– Ты же знаешь, поцелуй был для тебя, Мел. Для тебя, не для… этой. Я ни за что не стал бы ее целовать.
Мой всхлип прозвучал как стон. Почему я не могу сидеть тихо?
– Если ты здесь, Мел… – Джаред замолчал.
Мелани поежилась от этого «если». Из моей груди вырвался очередной всхлип. Я судорожно глотнула воздуха.
– Я люблю тебя, – вымолвил Джаред. – Даже если тебя здесь нет, даже если ты меня не слышишь, я все равно тебя люблю.
Я до крови закусила губу. Физическая боль помогла немного отвлечься.
Воцарилась тишина. Я прислушалась: снаружи не доносилось ни звука.
Тело мое изогнулось в невообразимой позе: голова внизу, правая щека прижата к каменному полу, плечи, одно ниже другого, вдавлены в картонную коробку. Ноги торчат под разными углами, левая икра уперлась в потолок. Придется объяснять Джебу и Джейми, что со мной стряслось, но как? Не скажешь ведь, что Джаред поцеловал меня ради эксперимента, будто ударил током лабораторную крысу, желая посмотреть на реакцию?