Снова заурчал мотор – потише, чем у джипа. Из тени под валуном выехал неприметный седан. Джаред вылез из кабины и прицепил брезент из джипа к заднему бамперу новой машины. Теперь ясно, для чего нужна эта конструкция: тяжелая ткань стирает с земли следы шин.
Джаред перегнулся через пассажирское сиденье, открыл дверь. Сзади лежал рюкзак. Я кивнула. Да, то, что нужно.
– Поехали.
– Подожди. – Я присела на корточки, взглянула на себя в боковое зеркало.
Нет, не пойдет. Волосы отросли, но этого мало. Я прикусила губу.
– Джаред, мне нельзя появляться с таким лицом. – Через всю щеку змеился извилистый шрам.
– Почему?
– Ни одна Душа не станет ходить со шрамом. Сразу возникнут вопросы, где я была.
Джаред прищурился.
– Надо было об этом думать до того, как я вывел тебя наружу. Теперь, если мы вернемся, все решат, что ты нарочно это подстроила, чтобы выведать дорогу.
– Мы не вернемся, пока не найдем лекарство для Джейми, – решительно заявила я.
– И что ты предлагаешь?
– Нужен камень, – вздохнула я. – Ты должен меня ударить.
Глава 44 Исцеление
– Анни…
– Времени мало. Я бы и сама, но, боюсь, промажу. Другого выхода нет.
– Не уверен, что… смогу.
– Даже ради Джейми? – Я прижалась здоровой щекой к подголовнику пассажирского сиденья и закрыла глаза.
Джаред сжал острый обломок камня и добрых пять минут примеривался.
– Нужно снять верхний слой кожи, чтобы скрыть шрам, вот и все. Давай скорее. Джейми…
Скажи ему, пусть бьет прямо сейчас. И как следует.
– Мел говорит, бей сейчас. Постарайся ударить посильнее, чтобы с первого раза получилось.
Молчание.
– Джаред!
Он набрал воздуха в грудь. Почувствовав движение воздуха, я покрепче зажмурилась. Раздался хлюпающий звук, а потом – боль.
– Ох-х. – Я не собиралась подавать голос, чтобы Джаред не чувствовал себя виноватым, однако телу не прикажешь. Из глаз брызнули слезы, я закашлялась, сдерживая рыдание. В голове зазвенело.
– Анни, Мел! Простите!
Джаред обнял нас, прижал к груди.
– Ничего, – проскулила я. – Все в порядке. Ну как, получилось?
– Уф-ф, – сочувственно произнес он. – Я тебе пол-лица ободрал. Извини.
– Так надо. Поехали.
– Ладно, – слабым голосом отозвался Джаред.
Он усадил меня на сиденье, устроил поудобнее. Заурчал мотор.
В лицо ударил ледяной ветер, раненую щеку защипало. Я и забыла, что такое кондиционер.
Мы ехали по руслу реки, необычайно гладкому; похоже, его специально ровняли. Опустив защитный козырек, я взглянула в зеркало. В неверном свете луны лицо казалось черно-белым: правая щека вся черная, чернота стекает с подбородка по шее, пачкает новую футболку.