– Я подумала, ты захочешь на себя взглянуть. – Огненная Вязь улыбнулась.
Напряжение схлынуло. Эти Души, посвятившие себя Целительству, не испытывают ни недоверия, ни страха – просто проявляют доброту и участие.
Лазурь передала мне зеркало. Я посмотрела в него и ахнула: лицо выглядело так же, каким я запомнила со времен Сан-Диего. Тогда я воспринимала его как должное. Кожа на правой скуле была нежной и гладкой, словно персик, – правда, чуть светлее и розовее, чем на левой. Это лицо принадлежало Душе по имени Странница. Оно казалось уместным здесь, в цивилизованном мире, в котором нет страха и насилия.
Я поняла, почему с такой легкостью обманула этих добрых созданий: потому что умела с ними общаться, понимала их правила. Ложь могла быть… должна быть правдивой. У меня, как у любой Души, есть Призвание – преподавание в университете или обслуживание посетителей в ресторане. Мирная, простая жизнь, посвященная достижению общего блага.
– Ну как? – спросила Целительница.
– Замечательно. Большое спасибо.
– На здоровье.
Я снова внимательно оглядела себя в зеркале. Волосы в беспорядке – грязные, секущиеся, тусклые от самодельного мыла и плохого питания. Целительница стерла кровь, но на лице и шее по-прежнему остались пятна красно-коричневой пыли.
– Пора завершать поход. Надо помыться, – сказала я.
– Часто ходишь в походы?
– В свободное время. Меня… манит пустыня.
– Ты очень храбрая. Мне в городе как-то спокойнее.
– Не храбрая, просто мы разные.
В зеркале отразились знакомые глаза: темно-серый ободок, кружок темно-зеленого, и еще один, светло-коричневый, вокруг зрачка. А в глубине мерцал серебряный отблеск.
Джейми, – тревожно, настойчиво проговорила Мел. Мне здесь слишком комфортно. Она видела открывающийся передо мной выбор, и он ее пугал.
Я знаю, кто я есть .
Я моргнула, перевела взгляд на дружелюбные лица.
– Спасибо, – поблагодарила я Целительницу. – Пожалуй, мне пора.
– Уже поздно. Можешь переночевать здесь, если хочешь.
– Я не устала. Чувствую себя… великолепно.
– Это обезболивающее действует, – улыбнулась Огненная Вязь.
Лазурь проводила меня к выходу, но в дверях положила руку мне на плечо. Сердце бешено заколотилось. Неужели заметила, что мой рюкзак потяжелел?
– Береги себя, милая. – Она похлопала меня по руке.
– Обязательно. Больше никаких горных прогулок в темноте.
Медсестра улыбнулась и вернулась за стойку.
Стараясь идти не слишком торопливо, я пересекла парковку. Мне хотелось бежать. Вдруг Целительница заглянет в шкафчики и заметит пропажу?
Автомобиль стоял на месте, в темном закутке, куда не доставал свет фонарей. Казалось, в нем никого нет. Дыхание участилось. Ну конечно, так и должно быть. Но я не успокоилась, пока не увидела на заднем сиденье фигуру, накрытую пледом.