— Ты мне нравишься, Ева, — произнес он, и эти слова ударили сильнее, чем любая его насмешка. — До дрожи под кожей. И это пугает меня больше, чем любой финал чемпионата.
Я была в шоке. Тот самый Гринвуд, который еще неделю назад мечтал отправить меня первым же рейсом обратно в большой город, сейчас стоял здесь и признавался в симпатии. Моё сердце колотилось о ребра, как сумасшедшее, а тело предательски застыло, не зная, как реагировать на эту новую, пугающую близость.
— Но мы же... мы же ненавидели друг друга, — выдохнула я, глядя в его глаза.
— Грань слишком тонкая, — он сократил расстояние до минимума, так что я ощущала каждое его движение. — Оказалось, что я просто не мог оторвать от тебя взгляд. Ни на льду, ни в зале, ни тем более сегодня.
Я чувствовала, как кружится голова. Моя неопытность кричала о том, что нужно бежать, но странное, незнакомое чувство тянуло меня к нему навстречу. Я стояла, прижатая к двери, и понимала, что этот момент меняет всё. Игры закончились. Началось что-то, к чему я совершенно не была готова.
Мои пальцы, до белизны сжимавшие ключи, дрожали. Я чувствовала себя так, словно меня вытолкнули на тонкий лед без коньков. Воздух в коридоре вдруг стал слишком густым, а близость Райана — невыносимо острой. Моя неопытность сейчас была моим самым уязвимым местом, и он, казалось, чувствовал это каждой клеточкой своего тела.
— Райан, я… — я попыталась вдохнуть, но легкие будто сковало обручем. — Это не входит в наши планы. У нас проект… тренировки…
— К черту проект, Ева, — выдохнул он прямо мне в губы, и я зажмурилась от этого невыносимого контраста: его горячего дыхания на моей холодной от шока коже.
Он не целовал меня, но был так близко, что грань между нами истончилась до предела. Одной рукой он медленно скользнул вверх по двери, задевая рукав моей кофты, и я невольно вздрогнула, вжимаясь лопатками в твердое дерево. Каждый его сантиметр излучал уверенность, в то время как я рассыпалась на части.
— Ты ведь тоже это чувствуешь, — это не был вопрос. Это был приговор. — То, как ты замираешь, когда я вхожу в зал. То, как ты споришь со мной, просто чтобы лишнюю минуту удержать мой взгляд. Ты можешь сколько угодно строить из себя ледяную королеву, но я вижу, как у тебя сбивается пульс.
Его слова били в цель, обнажая всё то, что я так тщательно прятала за жесткой хореографией и едкими замечаниями. Я вспомнила наши вечные стычки, его язвительные комментарии по поводу моих методов, то, как он буквально выводил меня из себя одним своим присутствием. И только сейчас, прижатая им к собственной двери, я поняла, что эта ярость была лишь обратной стороной желания.