— Райан, подожди, — я коснулась его предплечья, заставляя остановиться. — Мне нужно сказать это сейчас, до того как мы наденем костюмы и выйдем на лед.
Он вопросительно изогнул бровь, и в его глазах промелькнула та самая нежность, от которой у меня по коже бежали мурашки.
— Я не знаю, как вести себя с тобой после прошлой ночи, — мой голос слегка дрогнул, но я заставила себя продолжить. — Всё, что произошло... это слишком. Я обдумаю это позже, после игры. Сейчас я просто не могу.
Райан хотел что-то возразить, но я перебила его, чувствуя, как к горлу подкатывает комок горечи.
— Послушай, если я сейчас резко изменю свое отношение к тебе, если я позволю себе быть собой рядом с тобой публично — все те сплетни, которые пишут обо мне в интернете, станут явью для всех.
Я видела, как его челюсти сжались. Он знал, о чем я говорю. Весь «Сент-Джуд» гудел от слухов, что я якобы специально подстроила травму Майи из группы поддержки, чтобы занять её место и оказаться ближе к нему, капитану хоккейной команды. Это была ложь — Майя действительно пострадала, и я не имела к этому отношения, но для толпы в сети это не имело значения.
— Если мы дадим им хоть повод, они решат, что я коварная стерва, которая идет по головам ради парня, — прошептала я. — Я не могу допустить, чтобы этот слух стал официальной правдой. Не сейчас, когда наш проект с миссис Харрис на кону.
Райан
Я смотрел на Еву, и внутри меня всё клокотало от ярости на тех, кто заставил её так сильно бояться чужого мнения. Она стояла передо мной — хрупкая в своей решимости, но такая живая после всего, что мы разделили в полумраке автобуса и отеля.
— Ева, мне плевать на интернет, — отрезал я, делая шаг к ней, но вовремя остановился, помня о её словах. — Мне плевать на то, что они думают о Майе или о том, как ты попала в этот проект.
Я знал, что Майя — та самая девчонка из группы поддержки, которая получила травму, и знал, что Бритни здесь ни при чем. Но для Евы эти сплетни были удавкой на шее.
— Хорошо, — я глубоко вздохнул, стараясь унять пульсирующую в висках кровь. — Мы сделаем это по-твоему. До конца игры я — просто капитан, ты — просто хореограф. Мы покажем им «безупречный» результат в винном цвете. Но после...
Я взглянул ей прямо в глаза, давая понять, что больше не отступлю.
— После игры мы закончим этот разговор. И никакие слухи не заставят меня снова стать для тебя чужим.
Ева кивнула, в её глазах мелькнуло облегчение, смешанное с печалью. Мы вошли в здание арены порознь, неся в себе общую тайну, которая была намного громче любых интернет-заголовков.