Мощная спина скрывается за дверью, и кухню затапливает беспросветной темнотой. Голоса, смех, звон посуды — всё стирается. Больше никого не вижу и не слышу. Здесь для меня больше нет жизни, Фарид только что забрал её с собой.

Грудную клетку скручивает спазмом. До ломоты в костях хочется сорваться с места, броситься за ним вслед. Повиснуть на каменных плечах, уткнуться носом в шею, вдыхать его терпкий запах, и умолять. Унижаться, просить хотя бы об одном слове. Хотя бы о крошечном намеке на то, что у меня есть шанс быть рядом. Шанс стать для него по-настоящему важной.

Проглатываю жесткий ком в горле.

Сквозь гул прорывается звонкий голос Данки:

— Блин, Алиса, дошло! Я же думаю, откуда я тебя знаю! Ты же золото на Кубке Евразии три года подряд забираешь! На «Мир» в этом сезоне летишь? Всех там рвать будешь?

Моргаю, заставляя темное пятно перед глазами снова превратиться в очертания светлой кухни.

«На Мир? Да пошел он к черту, этот Мир. Мне вообще ничего не нужно, если в этом нет его. Я готова отдать всё, что у меня есть — все кубки, титулы, весь этот гребаный пьедестал. Забирай всё, Дан! Мне нужна только одна простая вещь. Вещь, которая сейчас дороже всего, чего я когда-либо добивалась. Чтобы черные глаза просто смотрели на меня. Чтобы они меня видели. Чтобы обычное "привет" было только моим».

Снова часто моргаю, сгоняя влагу с ресниц. Делаю глубокий вдох и смотрю на Дану:

— Нет, Дан, — выдаю ровным голосом. — Я всё. Моя карьера официально завершена.

Дана издает придушенный звук.

— Ты с головой вообще не дружишь? — выдыхает она. — Алис, ты обязана лететь! Надо показать этим японкам, что у нас тоже школа. Да даже если ты бронзу вырвешь — это уже разрыв системы! Пора разбавить их флаги на пьедестале!

Продолжаю ковырять вилкой по дну тарелки.

С другой стороны стола тяжело вздыхает тетя Маша.

— Алиса, тебе и правда пора заканчивать этот затянувшийся спектакль, — строго говорит она. — Я всё понимаю — возраст, перегорание, гормональные качели. Но за полгода своими же руками спустить в унитаз всю свою жизнь и будущее… Что с тобой вообще происходит?

«Что со мной? Да я полгода просто сдыхаю.

Открываю глаза с мыслями о нем и проваливаюсь в черноту с ними же. Я не могу собраться. Не могу рвать жилы ради того, чего больше ни не хочу! Из меня всё выкачали, подчистую.

Думаете, я не пыталась? Не пыталась выжечь это из себя, переболеть, выбить? Легко рассуждать о том, как надо брать себя в руки, когда твой любимый мужчина сидит рядом и спокойно поглаживает твою ладонь под столом. Но когда человек, который одним темным взглядом забрал тебя целиком, в упор тебя не замечает — тут не соберешься!