В трубке послышался шорох, затем раздался чёткий, выверенный голос:

— Здравия желаю, мэм, — произнёс Брэм. В его тоне не было ни тени суеты — только спокойная уверенность человека, привыкшего действовать в экстремальных условиях. Даже по телефону чувствовалась его внутренняя собранность, словно он стоял перед ней в безупречной форме, с прямой спиной и твёрдым взглядом.

— Нил, это босс. Я в порядке. Как там мой сын? Он очень испугался, когда я за ним не приехала? — Елена невольно сжала телефон крепче, ожидая ответа.

— Не волнуйтесь, мэм. Я забрал Николая из школы домой, а потом подъехал Варг и увёз его к себе. У вас очень храбрый сын. Он спокойно воспринял известие о вашем похищении и сказал, что вы обязательно выберетесь, — голос Нила звучал ровно, но Елена уловила в нём едва заметную ноту восхищения. — Он даже отказался от предложения остаться у друзей — настоял, что будет ждать вас дома.

Елена прикрыла глаза, ощущая, как в груди разливается тёплая волна.

— Я рада, что он всё ещё в меня верит, — прошептала она, и в её голосе прозвучала не только благодарность, но и тихая гордость. — Мне нужна твоя помощь. Со мной бежал мужчина твоей комплекции, найди ему что-нибудь из вещей, а то у него из одежды только одни брюки, даже обуви нет. Твои потери я, разумеется, компенсирую. Передай, пожалуйста, трубку Аполло.

Через несколько секунд в динамике раздался знакомый низкий тембр:

– Ферис?

— Рон, это Онса. Я жива и здорова. Брэм и Долорес сейчас соберут для меня одежду, а тебя прошу привезти вещи. Я в твоём любимом месте, там, где стала Фиресом Ареса. Думаю, ты найдёшь меня в его комнате. — Елена на мгновение замолчала, вспоминая детали. — Чуть не забыла — прихвати контракт о приёме на работу оборотня. И ещё… будь осторожен по дороге. Не хочу, чтобы из-за меня кто-то ещё пострадал.

— Будет сделано, босс, — ответил Аполло без колебаний. В его голосе не было ни удивления, ни лишних вопросов — только готовность действовать. — Через час буду.

Елена нажала «отбой» и глубоко вздохнула. В коридоре по-прежнему царила тишина, нарушаемая лишь отдалёнными звуками жизни «Паутины Арахны»: где-то звенела посуда, слышались приглушённые голоса, а из кухни доносился аромат свежеиспечённого хлеба.

Она обернулась к Аресу. Его глаза, обычно холодные и проницательные, сейчас светились теплом. Он молча протянул руку, и Елена вложила в неё свою ладонь — холодную, дрожащую, но всё ещё сильную.

— Ты уверена, что готова вернуться к работе? — тихо спросил он. — Ты прошла через ад.

— Именно поэтому я должна вернуться, — ответила она твёрдо, хотя внутри всё ещё дрожало от воспоминаний. — Если я остановлюсь сейчас, страх победит. А я не могу этого допустить. Мой сын верит в меня. Моя команда ждёт. И я не подведу их.